Врач и вирусолог Джонас Солк применил HeLa при разработке вакцины от полиомиелита: чтобы протестировать ее, он запустил процесс быстрого массового размножения «бессмертных» клеток (сегодня это считается первым «промышленным выпуском» человеческого биоматериала). Поскольку HeLa допускали серийное воспроизводство, их разослали ученым по всему миру для исследований рака, СПИДа, воздействия радиации и токсичных веществ, генетического картирования и других бесчисленных научных целей. Также клетки HeLa применялись для изучения чувствительности человека к липкой ленте, клеям, косметике и многим другим продуктам повседневного использования.
С 1950-х гг. было произведено более 20 тонн HeLa; в 1955 г. они стали первыми клонированными человеческими клетками. По связанным с ними продуктам выдано более 11 000 патентов; по всему миру проведено более 70 000 научных опытов. При помощи этих клеток разработаны новые методы генной терапии и препараты для лечения таких недугов, как болезнь Паркинсона, лейкемия, рак молочной железы и прочие онкологические заболевания[90].
HeLa – старейшая на сегодня лабораторно выращиваемая человеческая клеточная линия – используется чаще остальных. В отличие от нераковых, в лабораторных условиях эти клетки могут культивироваться постоянно, поэтому их и называют «бессмертными». Благодаря им стало известно, что прочие виды злокачественных опухолей тоже являются биологически «бессмертными», то есть не стареют.
Клетки HeLa чрезвычайно пригодились и в онкологии. Они разрастаются аномально быстро, даже для раковых клеток, и во время деления в них присутствует активная теломераза – фермент, который предотвращает постепенное, связанное с клеточным старением и отмиранием укорачивание теломер. Как мы увидим в следующей главе, линии HeLa удалось избежать предела Хейфлика (ограниченное количество делений, на которые способны большинство нормальных клеток в культуре).
В отличие от всех прочих болезней, великая трагедия рака заключается в том, что его клетки непрерывно размножаются и не стареют. Вот почему рак необходимо ликвидировать, и чем скорее, тем лучше. Сам по себе он не погибает, а напротив, продолжает расти и распространяться по всему телу. Можно сказать, что пока метастазы не разрастаются, и больной не умирает, «пищей» рака становится все тело пациента.
Мы видели, что фактически неувядающие организмы (то есть с пренебрежимым старением) существуют. Мы также отметили, что в наших телах не стареют как «худшие» (раковые), так и «лучшие» (герминативные) клетки. Поэтому не стоит задавать вопрос: «Возможно ли биологическое бессмертие?» Оно существует.
Как мы уже успели обсудить, задать следует другой вопрос: «Когда мы сможем остановить возрастные изменения человеческого организма?»
В статье «Научное завоевание смерти» (The Scientific Conquest of Death)[91] Майкл Роуз, американский биолог из Калифорнийского университета и специалист по теориям старения, объяснил, каким образом можно достичь биологического «бессмертия»:
