– С Богом, ребята! Ждем вас обратно через неделю. Счастье и удача пусть будут с вами! – пожелал он.
Катерина перевела его слова матушке Ирини, и та благодарно закивала.
Все вышли на дорогу, провожая молодых, и все время, пока машина не повернула за угол, махали руками ей вслед.
Прямой путь – кратчайшее расстояние
между двумя неприятностями.
– Знакомьтесь, – произнес с полупоклоном Панайотис Феодоракис, выйдя из машины в точке сбора в бухте Хоры Наксоса и подведя к друзьям свою спутницу. – Катерина Делапорта, куратор отдела подводной археологии, будет представлять Министерство культуры на нашем проекте. А это мои коллеги и их спутники.
Стройная женщина средних лет, с жестким и неулыбчивым лицом без малейшего следа косметики, черными волосами, убранными гребнем в пучок, и пронзительным взглядом черных глаз за стеклами очков в черепаховой оправе от Maison Bonnet, повернулась и изобразила подобие улыбки на узких и бесцветных губах. Она была в темном брючном костюме и туфлях на каблуке. На плече висела вместительная дамская сумочка из матовой крокодиловой кожи с застежками из белого металла.
Лили Бэрроу, увидев сумочку, встрепенулась, но сдержалась.
Странная униформа для археолога, приехавшего на раскопки, подумал Алекс. Впрочем, возможно, она давно превратилась в чиновника от науки. «Бюрократия заедает!» как говорит Виктор Манн.
– Очень приятно, – просиял радушной улыбкой Джеймс Бэрроу, – наконец-то встретиться и лично познакомиться с вами! Это моя супруга Лили. И наш русский друг Алекс. Это так замечательно, что мы все примем участие в первом подъеме!
– Добрый день, – отстраненно поздоровалась Лили, словно думая о чем-то, что не давало ей покоя.
– Александр Смолев, – представился Алекс и аккуратно пожал протянутую ему узкую сухую руку. – Можно просто Алекс. Рад знакомству.
На миг ему показалось, что ее глаза блеснули интересом и оценивающе осмотрели его с головы до ног. Но это был не тот заинтересованный взгляд, каким обычно женщины среднего возраста оценивают мужчин. Так, скорее, смотрит хищник на свою загнанную в угол жертву, пытаясь определить, с какой стороны лучше начать ее есть.
Что за нелепые фантазии, одернул сам себя Алекс.
Тем более что взгляд госпожи Делапорта изменился и стал если не дружелюбным, то вполне нейтральным. Тем не менее, слова, что она произнесла, были далеки от того, чтобы назвать их миролюбивыми.
– Министерство обычно строго соблюдает правила и старается не допускать посторонних к раскопкам по вполне понятным причинам безопасности, господин Смолев, – сухим металлическим голосом сформулировала свою позицию куратор отдела подводной археологии, проигнорировав его слова. – Но в вашем случае, учитывая тот факт, что за вас поручился господин Бэрроу, мы готовы в порядке исключения допустить вас на первый подъем. В дальнейшем ваше участие будет зависеть от результатов нашей работы. Прошу вас правильно нас понять.
Алекс взглянул на Феодоракиса: лицо главного смотрителя было абсолютно непроницаемо. Я здесь абсолютно ни при чем, говорило оно, я человек маленький, мое дело – сторона. Разбирайтесь сами.
Джеймс Бэрроу изменился в лице. Он набрал в грудь побольше воздуха и высказался со всей решительностью, на которую был способен:
– Со всем моим уважением к вашему статусу представителя Министерства культуры Греческой Республики, я обращаю ваше внимание на то, что господин Смолев не случайный посторонний, а сотрудник моего исследовательского коллектива. Он является экспертом по вопросам… – тут Джеймс было запнулся, но быстро нашелся и продолжил: – По вопросам вина и виноделия. В том числе – античного. Его вклад в общую работу совершенно неоценим! – абсолютно искренне добавил он. – И он нужен нам на всех стадиях работы!
– Ну что же. Если вы готовы взять на себя ответственность за возможные негативные последствия, господин Бэрроу, – пожала плечами куратор, – дело ваше! Но, надеюсь, вы понимаете, что в случае непредвиденных обстоятельств по вине ваших сотрудников вы можете лишиться разрешения на проведение раскопок на территории Греции навсегда.
– Это о каких таких негативных последствиях и непредвиденных обстоятельствах идет речь? – побагровев от возмущения, завелся Джеймс, не сдержавшись. Его недавнее почтение и доброжелательность развеялись, как дым. – Это что за намеки и угрозы?
– Я не угрожаю вам, господин Бэрроу. Это было бы нелепо, – проигнорировав его тон, сухо парировала Катерина Делапорта. – Я всего лишь предупреждаю вас об ответственности за возможные действия ваших, как вы утверждаете, сотрудников. Вы должны понимать, что речь идет о наследии греческого народа. И задача моего отдела в том, чтобы обеспечить его сохранность.
Лили уже давно смотрела на Алекса умоляющим взглядом.
Тот, видя, что раздосадованный Джеймс собирается с духом, намереваясь сказать чиновнице что-то еще более ядовитое, вклинился в разговор. Лили в свою очередь схватила Джеймса за руку и сжала ее.
