Еще в двадцать один год, когда он только-только взял в руки перо, он четко разграничил: Писатели делятся на два вида: кто своим стилем убивают так называемую объективную реальность, создавая миражи, оптические иллюзии, водя читателя в шаманский транс, в гипноз, и те кто бьют в лоб, указывая на мерзкие проявление объективности, впрочем, не забывая и указать о прекрасных свойствах окружающего мира. И он решил сочетать себе все несочетаемое, быть не уловимым логическими путями.
Склизкий рыбий глаз горел в земляной траве. По всему захолустному лесу разносилось чавканье запоздалых листьев- это букашки ели землю. Соленный свет больно ударил по глазам. Незнакомец стоял и молча курил мяту, трещала травка. Лес был пуст. Лес елся. А вдалеке елись горы, елись птицы, звери, люди, насекомые, бородатые анекдоты. По миру разносилось чавканье, картавое хихиканье – как сказал бы отец- лесной жор.
Тучи жрали небо, небо жрало листья, листья жрали ветви, ветви отпивали мертвеца. Мертвец лежал в открытом гробу с закрытыми глазами, он был холоден и весел. Мертвец жрал гроб, гроб жрал смерть. Незнакомец жрал свою голову и запоздалые листья хрустели под ногами. Дети незнакомца жрали сахарную вату в цирке. Политиканы жрали школьные сочинения, студенты жрали родителей, учителей же жрали родители.
Под это чавканье всеобщего одобрения Ивану Бунину исполнилось 84 года. Отошла Русоязычная литература. Лес- вот вечная тема для классика. Лес- как символ одиночества, блуждания, пути к себе и как ни парадоксально самоедства. Поэтому лесной жор тема близкая по духу всем кто прикладывал хоть однажды к виску холодный револьвер жизни.
Как известно у стариков дни идут назад, а не вперед. Погружаясь в прошлое они все реже понимают зачем живут. Их голоса как зеленые ломтики кукурузы, ломаются на глазах у детей.
Так получилось, что Наташа хотела сдать своего отца в дом престарелых, оплатила врачам чтобы были хорошие условия. Но отец отчаянно сопротивлялся и говорил что хочет умереть дома. Наташе было на это наплевать, ей нужна была свободная комната.
И вот Иннокентия Захаровича посадили в коляску и дали бритвенный станок.
– Брей свои усы, рыжий таракан, а я тебя все равно выгоню – кипятком говорила Наташа. В том смысле, что голос ее был словно кипяток, журчащий, живой, обжигающий своею естественностью.
Иннокентий молча взял станок, но вместо того чтобы брить ус, резанул Наташу по горлу. Полилось красное, но не кровь, ржавчина, скорее, густая и обильная как неблагодарность.
Иннокентий Захарович, так же, соблюдая, гробовое молчание протер полотенцем лезвие, взял со стола трубку, и закурил, но дым тек не из трубки, а обратно, так же как и дни у стариков. Легкие Захаровича наполнились дымом, и он закрыл глаза. Но из скукоженного, сморщенного тела, вылупилась птенчиком душа. Она бархатно засмеялась, и полетела к потолку. Встретившись с душой Наташи глазами, оно сказало: «Наконец-то вижу.» Оно схватило ее за шиворот, как котенка, стукнула семь раз оземь, а потом коршуном обняла. «я прощаю тебя»– прочирикала птичка, и отпустила тварь на землю. Тварь упала на землю…
«28.06.21»
Тварь упала на землю, Митя и Вова накинулись сверху и начали душить. В конце концов убили. Труп птички чем-то походил на символ забытой свободы в наших головах.
Митя и Вова сделали, как они были убежденны хорошее дело. Они остановились прикурить. Шел январский меланхоличный снег, падал на головы, руки, засыпал даже в воротники. Очень красиво! Митя зажмурился от удовольствия.
– Который час?– спросил вдруг выйдя из оцепенения Вова
– Мне все равно-ответил искренно Митя, ему действительно было все равно. Он был счастлив.
Вдруг над головами раздался фейферк и ребята посмотрели на ночное красивое небо. Красные, синие, зеленые огни появлялись, загорались и тухли в могучем небе. Новый год! Били куранты.
– что было в начале?– спросил Вова.
– В начале были цифры- ответил Митя- а слов до сих пор нет. Числа правят этим миром- математика царица наук. В начале были цифры
– А я думаю слово, как в Евангелие- поспорил Вова
– Ты что. Так только Христос и считал, и его за это же между прочим и распяли. По этому гони эти мысли от себя прочь- В начале были цифры, потом числа, потом… уравнения.
– Не понимаю тебя. По- моему глупость- изрек Вова.
– Сам ты, глупость ходячая- ответил на это Митя- все заткнись. Мгновеньем насладится мешаешь. Снег шел, и приятно хрустел на зубах. Митя открыл рот и маленькие снежинки падали, и таяли вкусно на языке
Леша принадлежал к поколению, которое напрочь не знало что- такое закаты и рассветы, поколению подземка. Люди покинули землю и недавно обосновались под землей, и вот родилось новое поколение молодых людей воспитанных на подземных ценностях. Это поколение, разболтанных сорванцов, которые не знают что такое свет в любом смысле этого слова. И Леша тоже не знает. Бедные, молодые люди- печально говорит взрослое поколение- у них нет совершенно моральных ценностей- и они правы, какие моральные ценности могут быть у детей подземелья.
Каждый вечер Леша, как и все дети, расчищал торф, и грузил уголь, а днем развлекался с друзьями по несчастью или спал. Леша не любил подземку и хотел узнать верхний мир
Лучший друг Леши Рома был крепышом, со стальным взглядом. Они вместе ходили ловить червяков, которых в подземелье было пруд пруди.
