Чувство неуверенности, даже подавленности навалилось на него и, казалось, оно исходит от этой проклятой бочки, чем дольше он тут торчит, тем сильнее. Алексей отступил пару шагов, затем еще, и злобная, гнетущая раздражительность в нем как бы истаяла. Дышать стало легче.
Он провел дрожащей ладонью по мокрому от пота лицу и отправился в избу.
Ходырев сидел на кровати, свесив между колен широкие кисти рук. Курил. Эксперт Дьяконов разложил на столе содержимое свого вместительного кофра, тасовал катушки с пленкой, что-то помечал. При появлении следователя обернулся.
-- Ты чего такой кислый? Смотреть противно.
-- Не смотри,-- вяло огрызнулся тот.
-- И в самом деле...
Напевая себе под нос, Дьяконов упаковал кофр и отправился в угол к рукомойнику. Через минуту из угла донесся его удивленный возглас.
-- О, черт... Не понимаю?
Алексей в раздумье опустился на лавку и поначалу не обращал на него внимания. Но вскоре Дьяконов сам обернулся к ним, совершенно растерянный.
-- Что за ерунда? Взгляни.
В руке он держал крышку от рукомойника на отлете, словно лягушку, и с любопытством ее разглядывал.
-- Ну? Взглянул,-- грубо отозвался Алексей, удивляясь собственной раздражительности.
-- Не льется,-- Дьяконов постукал снизу по соску, подержал.-- Вода не льется, видишь?
-- Значит, надо налить.
-- Полный! В том и дело.
Алексей подошел. В избе было темно, и он осветил угол фонарем. Рукомойник, действительно, был полон, с краями. По его поверхности бежала мелкая рябь. Дьяконов нахлобучил сверху крышку, и она задребезжала, позвядивая. Он поднес руку, чтобы поднять сосок, и крышка запрыгала, как на кипящей кастрюле.
-- Откуда вода? -- Алексей обернулся к Ходыреву.
-- Из бочки.
-- Ты что-нибудь понимаешь?
Скрипнула кровать. Ходырев поднялся и молча прошел к рукомойнику. Алексей видел, как он что-то снял с шеи. Вероятно, нательный крест и сунул под крышку. Дребезжание в ту же минуту прекратилось. Алексей попробовал воду -- она бежала. Он сполоснул руки и остановился перед тлеющим огоньком сигареты над кроватью, повторил вопрос.
-- Что это?
Ходырев пожал плечами.
-- Говорят, дурное место, Волковка.-- В его голосе прозвучала усмешка.
-- Типичный полтергейст,-- подал из угла бодрую реплику Дьяконов.-- я, правда, раньше с подобными делами, не сталкивался, но признаки те же самые, уверяю.
-- Что такое полтергейст? -- спросил Ходырев.
-- Ну... аномальное явление, так сказать.
-- Ненормальное, что ли?
-- Ну, да. А в чем, собственно, дело?
-- Дело, собственно, в том, что если ни черта не понял, надо так и сказать. А не квакать на ученом волапюке! -взорвался Алексей, испытывая необъяснимую досаду, и в то же время сознавая правоту Дьяконова, упоскольку словом "полтергейст" эксперт обозначил ряд однородных явлений, и только.
-- Да что с тобой? -- вскричал с обидой Дьяконов.
-- Извини, Вадим Абрамыч... накатило,-- Алексей тряхнул головой и ушел в другой угол.
Некоторое время держалась напряженная тишина. Неожиданно первым подал голос Ходырев.
-- Уезжать надо.
-- Почему?
-- Перегрыземся здесь... до утра.
-- Он прав,-- буркнул Дьяконов.
Внутренне Алексей с ними согласился. В скором времени подойдет участковый Суслов, который отправился проводить понятых на попутный состав, тогда образуется еще одна зона конфликта. Но почти за полдня поисков они так и не установили место преступления, не нашли орудие убийства. Понятно, что потерпевший скончался не возле колодца, труп был перемещен. Откуда?.. Если смерть наступила от потери крови, значит, где-то она должна быть пролита, и вольшом количестве. На открытой местности? И ее заполоскало дождем? А если в помещении? в этом случае следы кто-то уничтожил. Тщательно и умно уничтожил. Едва ли на такую кропотливую, тщательную работу способны "олигофрены", да еще после совершенного убийства. Хотя убийства, строго говоря, не произошло. Суходеев скорее всего был оставлен в беспомощном состоянии в безлюдной местности. Возможно, труп был обнаружен позднее... кем-то, кто не хотел связываться с милицией (с участковым Сусловым?), опасаясь подозрений в свой адрес. Поэтому этот кто-то спрятал труп, а следы уничтожил?
Алексей продолжал прокручивать в голове различные варианты, и все явственней проступала фигура Ходырева, хотя против него прямых улик пока не было. На многие вопросы даст ответ судмедэкспертиза, и, пожалуй, дарню придется не просто. Все из-за мерзавца, который в течение года терроризировал его, как хотел. Теперь он, Алексей, занял место мерзавца и тоже пытается загнать его в угол, оставить семью без мужа и без отца. Чем он лучше того, кто настораживал вилы и набивал порохом печь? Ничем. Война закона против собственного народа продолжается...
-- Хорошо, мы уедем,-- согласился он.-- Но Ходыреву я должен задать несколько предварительных вопросов. Для ясности.
-- Мне уйти? -- все еще обиженным тоном осведомился Дьяконов, и Алексей вновь почувствовал к нему необъяснимое раздражение.
-- Вам задание, Вадим Абрамыч. Пока окончательно не стемнело. Обследуйте бочку под водостоком.
-- С какой целью?
