Она знала не так уж много приятелей Саши. Некоторые из них регулярно появлялись в ее квартире по приглашению самого Галактионова, с некоторыми они встречались в ресторанах на банкетах или скромных деловых ужинах, а некоторые существовали для оказания услуг: приносили продукты, организовывали ремонт, помогали с автосервисом, ездили в кассы аэропорта за билетами. Он действительно не делал секрета из своих отношений с этими людьми, разница была только в том, что одних он представлял ей, называя имя, фамилию и даже должность, других называл своими старинными приятелями и обращался к ним по имени, а для третьих у него существовали клички или простецкое «ты». И только однажды…
…Это произошло примерно за неделю до его смерти, как раз в тот день, когда она попала в больницу. На работе у нее началось сильное кровотечение, она отпросилась и примчалась домой около трех часов дня. Войдя в квартиру, сразу поняла, что пришел Саша, и не один. Рядом с его курткой висело чье-то пальто. Не успела она раздеться, как Галактионов вышел в прихожую, плотно притворив за собой дверь в комнату.
— Ты чего так рано? — спросил он, и голос у него был почему-то недовольный.
— Плохо себя чувствую, отпросилась пораньше. А кто у тебя?
— Ты не знаешь, — неопределенно ответил он. — У нас серьезный разговор, ты к нам не заходи и не мешай.
Такое было впервые, и Шитову это задело, но виду она не подала, тем более что внезапное кровотечение беспокоило ее гораздо больше.
— Может, вам кофе подать? — предложила она.
— Не нужно. Он скоро уйдет.
Саша вернулся в комнату, снова закрыв за собой дверь. Гостя его Надежда так и не увидела.
Она прошла в спальню, сняла официальный костюм, надела халат и прилегла на кровать. Через некоторое время решила выпить чаю, встала и почувствовала сильное головокружение. Дурнота резко усиливалась, она села обратно на постель и, собрав последние силы, позвала:
— Саша…
Ей казалось, что она умирает. В спальню вбежал Галактионов. Видно, выглядела она очень плохо, потому что он сильно испугался.
— Что, Надюша? Что тебе подать? Валидол? Валокордин?
Она ничего не могла ответить, только стонала. Такого с ней никогда не было, и она представления не имела, как протекает сердечный приступ. Саша тоже на здоровье не жаловался, поэтому сердечных лекарств в доме не было.
— Надюша! — испуганно окликал он ее. — Ну скажи, что надо делать, чем тебе помочь, я же не знаю…
Галактионов выскочил из спальни и вернулся вместе с гостем. Надежда лежала с закрытыми глазами, ей было очень плохо, и когда она почувствовала чью-то руку у себя на запястье, глаз не открыла.
— Почему она ушла с работы? — услышала Шитова незнакомый мужской голос. — Что у нее заболело?
— Не знаю, — ответил Саша. — Сказала, плохо себя чувствует, а что конкретно… Не сказала.
— Она не может быть беременной?
— Вроде нет. Там были какие-то проблемы, она ходила к врачу, тот сказал, что беременности нет.
— Надя, вы меня слышите? — обратился к ней незнакомец. — В связи с чем вы ходили к врачу? Подозревали, что беременны?
Она с трудом приоткрыла глаза и тут же снова закрыла их. Ее раздражал даже неяркий свет угасающего зимнего дня. Мужчину она почти не разглядела, да и не до того ей было.
— Надо вызывать «неотложку», — сказал он. — Очень похоже, что у вас внематочная беременность. Вам нужно срочно в больницу. Александр, вызывайте «Скорую», быстро, быстро, не стойте как изваяние.
— Разве вы врач? — услышала она сквозь одурь удивленный голос Саши.
— Я не врач, но у нас на работе недавно был похожий случай. Одной сотруднице стало плохо, тоже думали — сердце прихватило, вызвали «Скорую», а оказалась трубная беременность. Врачи ей потом сказали, что еще минут пятнадцать — и ее бы до операционного стола живой не довезли. Когда лопается труба, происходит кровоизлияние в брюшную полость. Да что вы стоите, звоните скорей!
Дурнота стала постепенно проходить, через некоторое время Надежда открыла глаза, но в комнате был один Саша. Потом приехала «Скорая» и ее увезли…
— Скажите, Надежда Андреевна, Галактионов приходил к вам в больницу?
— Нет.
— Вас это не удивило?
— В общем-то, нет. Саша не любил больниц, вид больных людей его раздражал. Да к тому же приходить в гинекологию — это как-то… Ну, не знаю. Вы меня понимаете?
— Конечно, конечно. Значит, когда вас забирала «Скорая», вы видели Александра Владимировича в последний раз?
— Да…
На глаза ее навернулись слезы, но она быстро взяла себя в руки.
— Извините.
— Давайте теперь попытаемся с вами вспомнить об этом госте все, что можно.
— Но я его совсем не помню. Видела-то полсекунды всего.
— Ну, этого вполне достаточно, — улыбнулся Миша. — Начнем с пальто.
— Да что вы, откуда же я помню. Я и внимания не обратила.
— А вот вы сказали, что пришли и сразу увидели, что Саша пришел не один. О чем вы в тот момент подумали?
— Что он пришел не один. О чем же еще?
