— Ничего, привыкнешь. — хлопнул некроманта по костяному плечу Астерот. — С этим легко бороться. Но вот улица... Это же твой город?
— Наши города непохожи на ваши. Это — так, военное поселение. Кстати, поддавшись эмоциям, я не забылся, хотя и боялся этого. Я прекрасно помнил, что нельзя лезть наверх, хотя это и было... — он посмотрел на полуразрушенное здание рядом с ними, — сложно.
— Но почему? И вообще, что у вас за Храм такой? Почему здесь, по факту, только эта улица?
— Все военные поселения строятся так по заветам Арт’Энзила. Праотец завещал нам спиралевидные убежища, вся Материя которых концентрируется в центре. Но сейчас это не важно. Я чувствую, как колеблется Зикхарт — и в физическом, и в моральном плане. Похоже, эта грязная, лживая тварь его куда-то тащит. Ничего!..
По костям некроманта вновь побежали угрожающе потрескивающие молнии, но Астерот помахал перед глазницами ладонью.
— Эй! Вернись в свою немёртвую апатию, так хотя бы можно было не опасаться, что сейчас всех тут перережешь. \
Микторат сомкнул кости вокруг огоньков глаз, будто крепко зажмурился. Нежить не дышит, у них лёгких нет, но, скорее всего, сейчас некромант вспоминал какие-нибудь техники успокоения из жизни.
— Вдох-выдох, вдох-выдох... — прошептала Лира, положив ладонь на череп немёртвого. Тот сначала дёрнулся, но потом успокоился, признав в ней союзника. — Знаешь, у меня дома тебе бы посоветовали сходить к психологу.
Некромант встрепенулся и отшатнулся от девушки. В глазницах у него вновь начали появляться глазные яблоки, но он вовремя взял себя в руки. Но он тут же встряхнулся и посмотрел вперёд. Однако же, преследуя некроманта, Астерот и не заметил, что они почти добрались до высившегося в самом центре поселения Храма.
Вход в храм закрывали кованые ворота, украшенные витиеватыми узорами. Из них складывались символы, от которых подозрительно несло магией. И чем-то грязным, противным, но при этом неуловимо знакомым...
— Непокорные Души... Зачаровали ворота! — Микторат выругался и поднял череп. Огоньки в глазницах затрепетали. — Арт’Энзил, помогай!..
— Мне кажется, или он стал уж больно набожным, когда вернулся домой? Эй! Ай!
Некромант сорвался вверх так же внезапно, как...
Скелет, переливаясь голубым огнём, прыгал с одного выступа стены на другой. Костяные пальцы на удивление ловко хватались за камень. Вот Микторат достиг чьего-то балкона. Резные поручни по краям, расписанная красным плитка, покрывающая пол, витражные окна на переходе в комнату. С оглушительным треском пучок молний разнёс красивые стёкла на мельчайшие разноцветные кусочки, а сам маг Смерти, ничего не замечая, ринулся вглубь храма. Пламя, до этого бывшее еле заметным, опять начало разгораться вместе с вновь пробудившейся яростью некроманта.
— Великая и Всеобъемлющая... — прошептал Астерот, взлетая на усеянный стёклышками балкон и заходя в комнату, по которой будто ураган пронёсся. У стены когда-то стоял небольшой столик с банками и колбами с разными магическими и химическими ингредиентами, но теперь его разнесло в щепки. От него осталась только вмятина в стене, украшенная торчащими из неё корешками и валяющимися под ней листочками и чьими-то глазами. Рядом с разрушенным столом, видимо, стоял большой шкаф, который сейчас переживал не лучшие свои времена — укреплённые металлическими вставками створки сейчас валялись в разных углах комнаты, а платья, судя по количеству вешалок, висящие там в огромном количестве, сейчас медленно тлели, распространяя запах гари. Роскошная кровать, некогда накрытая кроваво-красным балдахином, до нынешнего момента дожила едва ли целее шкафа. И посреди всей этой вакханалии стоял Микторат.
Ссутулившись, скелет с дико трепещущими огоньками вместо глаз, зажал в руках чей-то плащ, больше напоминающий парадную мантию: меховая оторочка по краям, и смеющийся золотой череп посередине на фоне абсолютно чёрной ткани.
— Как она посмела... убить лидера... — тихо бормотал полубезумный некромант. — Но ничего... Я... Я чувствую её! — Глазницы скелета вспыхнули, озарив всю комнату яркой вспышкой. — ОНА ЗАПЛАТИТ!
— Стой! — вскрикнул Астерот, закрыв глаза ладонью. К таким спецэффектам его глаза готовы не были. Левой рукой он за доли секунды сплёл заклинание и активировал его, пригвоздив ноги мага Смерти к земле. Но каково было его удивление, когда явно теряющий понемногу рассудок некромант сжёг Материю Тьмы одной своей волей, не забыв отправить ответную волну мощи, которой бедного мага Тьмы откинуло и впечатало в стену? Поверьте, оно было очень и очень велико.
