Не каждый день Тирия видит землетрясения, но сегодня так и случилось. Земля сотряслась, пространство где-то вдалеке разверзлось, открывая разлом, из которого хлынул... лёгкий прохладный ветерок. А вместе с ним орды уродливых хтонических тварей, несущих на плечах миленьких розовеньких хтонят.
Эй! Ты чего?
Так, перед уходом скажу важную вещь: Осквернитель захотел поработить всю Тирию и только один человек может его остановить! Всё, я по делам!
***
Время... Оно никогда не поддавалось Великому. Всегда оно существовало отдельно, мешая получить доступ к самым сокровенным процессам в жизнях людей и не только. Именно из-за таких огрехов вы сейчас узнали то, чего не должны были. Но вам не сюда, сюда вам ещё рано.
Белоснежный зал... Кхм, сейчас. Gerudeldo gratis!
Ай, что ж так больно-то?
Так вот... Белоснежный зал, в котором множество дверей. Роскошные люстры украшают потолок, играя дрожащими огоньками свечей на стенах. Красиво.
И посреди этого зала, у с треском захлопнувшейся двери лежал раненный человек. Вернее, не совсем человек, но для вас это сейчас неважно. Под ним растекалась кровь. Ядовито-зелёная, она слишком сильно выделялась на фоне белого пола.
— Что здесь произошло?! — спросил ещё один человек, который стоял у двери. Он широко распахнутыми глазами смотрел на лежащего пере ним собрата.
— Если скажу «надорвался», поверишь? — с хрипом спросил лежащий на полу. Потом он встал, прикрывая рукой пустоту, выглядывающую из раны. — Они заметили нас. Ну, про тебя не знаю, но меня точно, — он усмехнулся, зашипев от боли в срастающемся теле. — Тот штырь, который ты видел. Он создан для изгнания Осколков, таких как мы.
— Странно... К чему они готовятся? Зачем им пронзатель? Правильно же я понял, что им пронзают миры?
— Скорее всего, к разрушению Тирии. — ответил подошедший к ним человек, являющийся моим воплощением.
— А ты что здесь делаешь? — молодой ещё совсем, с чётко ощущающимися следами мира за спиной. Свободного мира.
— Живу. — грустно ответил подошедший. — Мой мир точно так же разрушили.
—
***
О, это снова вы? Хорошо...
Уже стремлюсь, начальник! Тьфу, нахватался в Изначальном...
Ай! Почему перед глазами всё плывёт и трясётся?! И почему у меня голова раскалывается?!
«Кто здесь?»
А! Знакомые все лица! Ну, ладно, лицо. Но, уважаемое лицо, отчего вы грустное?
«Понятно, просто решил сойти с ума перед смертью... это всего лишь бред.»
Какой я бред, ты, Тёмное отрепье?! Сравни ещё раз Осколок Древнего с бредом!
«Какой сознательный бред... Какого, говоришь, древнего?»
Совсем уже в своей Тирии, не знают нико... го. Эй, а где мы?! Где я?!
Астерот практически безвольным кулём сидел посреди большого магического рисунка — круга с двенадцатью вписанными треугольниками. Видимо, какая-то магия нежити. Интересной деталью было то, что художественное творение было намалёвано кровью. Эх, как в старые добрые времена...
Неподалёку завершал последний треугольник висящий над полом Лич. Немёртвый маг вытянул руки, широко растопырив пальцы. С отливающих жёлтым светом костей улетала к рисунку тёмно-красная кровь.
«А можешь сказать что-то, чего я не знаю?» — устало спросил Астерот, обращаясь к своему столь неожиданно появившемуся собеседнику.
Эй! Вообще-то я... Погоди, ты слышишь? Ты правда слышишь?
«Да, поэтому можешь сказать что-то менее очевидное? Например, как преодолеть магический барьер, как вывести из тела яд, которым меня тут накачали, где найти утащенную этими костлявыми осквернителями рапиру, где найти Миктората, Шианхута и Лиру? А?»
За что мне так много вопросов? Я — всего лишь... ай!
— О, как интересно... — протянул сиплым голосом внезапно осветившийся фиолетовым череп. Огоньки-глаза немёртвого глядели, чуть подрагивая, на Астерота. — Осколок, залезший в обычного смертного... За что ему такая участь, а,
