Хрущев, интриган и антипартийный человек, виновный в нарушениях социалистической законности на Украине, а затем и в Москве, где он был первым секретарем горкома, стал готовить переворот. Он стремился захватить всю власть в стране. Для этого он решил уничтожить Лаврентия Павловича Берию — единственного человека, который мог противостоять его опасным амбициям.
Заговор, рассказывал Берия, был продуман во всех деталях. Армейские части должны были окружить и обезоружить верные делу партии дивизии внутренних войск. Командующего Московским военным округом — честного, преданного партии коммуниста — министр обороны Булганин услал под Смоленск на маневры. В Кремль тайно ввели воинские части.
Арест Берии наметили на 26 июня.
Офицеров, которые должны были застрелить Берию, тайно привез в Кремль на своей машине с затемненными стеклами министр обороны Булганин.
Преступников провели в соседнюю с залом заседаний президиума ЦК комнату, где они ждали сигнала, чтобы покончить с Берией.
— Более всего, — сказал с грустью Берия, — меня поразило бесчестное поведение заместителей министра внутренних дел Ивана Серова и Сергея Круглова. Люди, чей служебный долг состоял в предупреждении заговоров, сами в него вступили.
Они заключили преступный сговор с Хрущевым в надежде уничтожить Берию и вернуть страну к мрачным временам репрессий и беззаконий.
26 июня неожиданно было назначено внеочередное заседание президиума Совета министров. Заговорщики полагали, что Берии ничего не известно. И ошиблись.
Ранним утром 26 июня Берия приехал к Маленкову домой.
Маленков еще спал. Председателя Совета министров разбудил прикрепленный к нему офицер Главного управления охраны МВД СССР. Маленков вышел к Берии заспанный и вялый.
— Ты что же, Егор, решил против меня выступить? — спросил Берия, глядя ему прямо в глаза.
Испуганный Маленков поспешил переметнуться на сторону Берии и выдал план хрущевской операции.
Берия ни на минуту не решался оставить Маленкова одного и вынужден был при нем давать указания своим помощникам.
В Кремле они появились вместе. Хрущев и другие участники заговора не придали этому значения, потому что были уверены, что Берия уже в ловушке.
Едва закрылась дверь и началось заседание президиума ЦК, в соседнюю комнату, куда Булганин привел маршала Жукова, генералов Батицкого, Москаленко и других армейских офицеров, ворвалась группа оперативников Министерства внутренних дел.
Никто из армейских даже не успел схватиться за оружие. Генералов и офицеров обезоружили и увели в комнату отдыха членов президиума.
Одновременно первый заместитель министра внутренних дел Богдан Кобулов приказал убрать из Кремля всех армейских офицеров, которых Булганин приставил к постам охраны.
По сигналу из Кремля были арестованы как предатели Серов и Круглов, которые сговорились с Хрущевым.
Начальник управления правительственной связи Министерства внутренних дел отключил все телефоны в Министерстве обороны и в штабе Московского военного округа, лишив генералов возможности связаться друг с другом.
А начальник военной контрразведки, подчинявшийся Министерству внутренних дел, дал указание особым отделам вернуть в казармы все части, которым министр обороны Булганин приказал окружить части внутренних войск.
Посты охраны в здании Министерства обороны, столичного военного округа и округа противовоздушной обороны заняли солдаты из полка внутренних войск.
Между тем на заседании президиума события внешне разворачивались по плану, разработанному Никитой Хрущевым.
Он первым выступил против Берии, обвинив его в карьеризме и чуждой партии политике. Лаврентий Павлович рассказывал потом делегатам XX съезда, что с изумлением смотрел на былых товарищей, оказавшихся способными на подобную низость.
Примеру Хрущева последовали все члены президиума, кроме Микояна, который, как всегда, говорил очень двусмысленно, стараясь угодить и нашим и вашим, и Маленкова, который сидел ни жив ни мертв.
Но когда Хрущев вопросительно посмотрел на Маленкова, Георгий Максимилианович, как и договаривались, нажал на секретную кнопку. Но вместо Жукова и генералов в зал заседаний вошли офицеры внутренних войск.
В этом месте Лаврентий Павлович Берия позволил себе на минутку отвлечься от текста. Он посмотрел в зал и остроумно заметил, что в его глазах эта сцена очень походила на финал известной пьесы Николая Гоголя «Ревизор». Появление офицеров-чекистов означало, что заговор Хрущева рухнул. И дальше началось рассмотрение персонального дела Никиты Хрущева, которому пришлось ответить за все свои преступления перед народом и партией.
