Смерть в белом галстуке полностью

— Вы очень добры ко мне, — сказал Аллейн, — но, боюсь, вы ошибаетесь. Пусть нам придется воспользоваться другими методами, но фамилию вашей партнерши мы узнаем. Капитан Уитерс, вы когда-нибудь занимались борьбой?

— Чем? За каким чертом я должен был этим заниматься?

— Я был бы вам очень обязан, если бы вы ответили на мой вопрос.

— Я никогда этим не занимался. Разве что, немного восточной.

— Джиу-джитсу?

— Да.

— Пользуются ли при этом ребром ладони, чтобы расправиться с человеком? По болевым точкам, или как вы их там называете? Например, в висок.

— Понятия не имею.

— В медицине разбираетесь?

— Нет.

— Я вижу на кровати несколько учебников.

— Они принадлежат не мне.

— Мистеру Доналду Поттеру?

— Точно.

— Он живет здесь же?

— Но ведь вы же разговаривали с ним! Вы, должно быть, чертовски дерьмовый детектив, если таким вот образом все вынюхиваете.

— Вам приходило в голову, что вы обладаете сильным воздействием на мистера Поттера?

— Я не гувернер!

— Предпочитаете стриженых овечек?

— Здесь полагается смеяться? — спросил Уитерс.

— Боюсь, не той стороной лица. Капитан Уитерс, помните ли вы дело Ваучера—Ватсона тысяча девятьсот двадцать четвертого года? Распространение наркотиков?

— Нет.

— Вы счастливчик. А у нас, в Скотленд-Ярде, память лучше. Я вспомнил об этом сегодня утром, просматривая некоторые записи в личных бумагах лорда Роберта Госпела. Он упоминает об этом деле в связи с недавней информацией, которую он собирал о незаконном игорном клубе в Лисерхеде.

Крупные белые руки конвульсивно сжались в кулаки, но тут же расслабились. Аллейн встал.

— Это только еще одно предположение, — сказал он. — Я верю, что у вас отключили телефон. Инспектор Фокс это зафиксирует. Фокс, вам придется сходить в почтовое отделение тут, за углом. Подождите секунду.

Аллейн достал блокнот, быстро написал: «Скажите Томпсону, пусть прямо сейчас приклеится к У.» — и показал написанное Фоксу.

— Передайте это распоряжение и проследите, чтобы телефон капитана Уитерса был включен немедленно. Поняли? Как только это сделают, позвоните мне сюда. Какой здесь номер?

— Слоун, восемь четыре ноль пять, — сказал Уитерс.

— Хорошо. Позже я к вам присоединюсь, Фокс.

— Понял, сэр, — сказал Фокс. — Всего хорошего, сэр. Уитерс оставил это без ответа, и Фокс ушел.

— Когда ваш телефон заработает, — сказал Аллейн, — я был бы рад, если бы вы позвонили мистеру Доналду Поттеру и сказали бы, что, так как его мать сейчас в большом горе, вы убеждены, что в настоящее время будет лучше, если он останется с ней. Принадлежащие ему вещи вы пошлете на такси на Чейен-Уок.

— Вы угрожаете мне?

— Нет, предупреждаю. Вы, знаете ли, сейчас в очень неопределенном положении.

Аллейн подошел к диван-кровати и посмотрел книги.

— «Судебная медицина» Тэйлора, — пробормотал он. — Хм, мистер Поттер намерен стать судебным медиком?

— Не имею ни малейшего понятия.

Аллейн перелистнул несколько страниц большого тома в голубом переплете.

— А ведь здесь есть исчерпывающая информация насчет удушья. Очень интересно. Могу я позаимствовать эту книгу? Я возвращу ее мистеру Поттеру.

— У меня нет никаких возражений. Ко мне это не имеет никакого отношения.

— Блестяще. А есть у вас какие-нибудь возражения против того, чтобы я осмотрел вашу одежду?

— Никаких.

— Премного благодарен. Не будете ли вы так любезны показать мне ее?

Уитерс направился в спальню, и Аллейн последовал за ним. Пока Уитерс открывал гардероб и вытаскивал ящики, Аллейн стремительно окинул взглядом комнату. Помимо откровенно порнографической фотографии, единственно, что здесь привлекало внимание, так это полка с запрещенными романами в суперобложках, абсолютно непристойными и никакими литературными достоинствами не отличающимися.

Уитерс бросил на кровать фрак, белый жилет и пару брюк. Все это Аллейн исследовал с величайшей тщательностью, принюхался к фраку, вывернул все карманы, которые оказались пустыми.

— У вас есть портсигар? — спросил он.

— Да.

— Могу я взглянуть на него?

— Он в той комнате.

Уитерс отправился в гостиную, и Аллейн тотчас с кошачьей ловкостью заглянул под кровать и за дверь буфета.

Уитерс вернулся с маленьким портсигаром, плоским и серебряным.

— У вас это единственный портсигар?

— Да.

Аллейн открыл его. На внутренней стороне крышки было выгравировано: «Морису от Эстеллы». Он возвратил портсигар и вынул из кармана другой.

— Не взглянете ли вы, и по возможности тщательно, на этот портсигар и не скажете ли мне, видели вы его раньше или нет?

Уитерс взял портсигар. Это был тонкий, легкий золотой портсигар, без гравировок, но на одном уголке здесь имелась маленькая монограмма.

— Не будете ли вы любезны открыть его? Уитерс открыл крышку.

— Вам он знаком?

— Нет.

— Эта монограмма вам случайно ничего не напоминает?

— Нет.

— К примеру, монограмму мистера Доналда Поттера? Уитерс слегка вздрогнул, открыл было рот, потом закрыл его и сказал:

— Это не его. Его монограмму я видел! На запонках. Они где-то здесь.