— Стрелял его брат. Он убежал, когда я пошел за вами. Пьяные они оба.
Женя переводила взгляд с раненого на Антона, потом на доктора и тихо шепнула:
— Надо бежать. Герман, надо немедленно бежать! В доме больше никого нет.
— Надо остановить кровотечение раненому, — невозмутимо ответил он. — Есть простыня?
Он схватил тряпку, которую подал ему Антон, скрутил и наложил жгут.
— Нужно срочно вызвать «Скорую помощь». У меня нет инструмента, чтобы провести операцию.
— Не получится, — раздался голос появившегося в кухне Мухаба. — А с тобой мы потом разберемся, — сказал он то ли сыну, то ли Борису.
— Они напились, отец, поссорились, и Радик выстрелил.
— А где эта скотина Радик?
— Сбежал.
— Очень интересно. Ну что стоим? — прикрикнул Мухаб на Архипова. — Надо извлекать пулю, иначе может быть гангрена.
— А вы доктор? — с усмешкой поинтересовался Герман.
— Вы же не оставите умирать больного? Сделайте что-нибудь!
Архипов разрезал ножом штанину раненого, пуля попала в бедро, и, похоже, сосуды были не задеты.
— Пострадавшему нужна операция.
— Значит, делайте ее! Лекарства для наркоза у нас есть. Антон, принеси.
— Требуется удалить пулю. Ты будешь мне помогать, — он кивнул Евгении.
Она испуганно смотрела на расплывающееся красное пятно, что за бред он несет? Это умные или глупые мысли? Евгения не понимала. Рядом с ними стоят бандиты, а он собрался спасать одного из них! Разве это возможно?
— Ты что, не слышишь? — Ей не показалось. Герман прикрикнул на нее, как будто она и вправду медсестра. Он просто сумасшедший!
— Что нужно делать? — дрожащим голосом спросила Евгения.
— Чистые тряпки, вода. Нужны противошоковые средства.
— Ничего такого нет. Только препарат для введения в транс, — отозвался Антон.
— Значит, будем делать операцию тем, что есть.
— Я крови боюсь, — у Евгении закружилась голова.
— Медсестра, без паники! Глубоко вздохни и займись, наконец, делом. Где еще чистые тряпки и вода? Что ты стоишь? — теперь досталось Антону.
Движения Германа были органичными, четкими, и какая-то удивительная энергетика исходила от его взгляда, фигуры и всех действий, которым надо было просто подчиняться.
Борис Ионов захрипел, когда Герман внимательно осматривал его рану.
— Рентген бы сейчас в нескольких проекциях. Давайте тряпки!
Он ловко скинул со стола овощное месиво.
— Это будет операционный стол. — И скомандовал: — Стол протереть спиртом. Поднимайте больного.
Антон с Мухабом кое-как положили Бориса на стол.
— Большая потеря крови. Чтобы обнаружить пулю, нужно время.
Евгения выложила перед Архиповым несколько кухонных ножей, которые, по настоянию доктора, прокипятила в большой кастрюле. Она видела, как внимательно и с подозрением наблюдает за ними пришедший мужчина восточной наружности и как замер растерянный Антон.
Из раны текла густая темная кровь.
— Наркоз, — потребовал Герман.
— Я сам укол поставлю, — Антон подошел к Борису.
— Это пожалуйста, если вы сегодня работаете у меня медбратом. Какой у вас анестетик? — и услышав ответ, кивнул. — Водка, мне нужна водка, — Архипов долго мыл руки с мылом, а потом распорядился: — Лей мне на руки.
Евгения обильно полила его руки водкой, вспоминая шокирующий факт культурологии: в Древнем Риме, если пациент умирал во время операции, врачу отрезали руки. Архипов склонился над раненым. Прошло несколько минут, он отстранился и сбросил что-то в тарелку. Евгения увидела пулю, маленький кусочек металла. У Германа вспотел лоб, Евгения промокнула ему пот кухонным полотенцем, Герман благодарно улыбнулся.
— Ну, повезло мужику, пулю достали. Теперь зашивать.
Восточный мужчина продолжал наблюдать за ними, и только тут Евгения увидела, что в руках он держит ружье. Операция проходила в буквальном смысле под прицелом.
— Все! — Архипов откинулся от стола и с улыбкой произнес: — Все, что могу. Теперь больному нужен покой. Если он не скончается от кровопотери, то выживет.
Мужчина с ружьем, сидевший в углу, хотел было привстать, но не успел. Евгения не поняла, в какой момент Архипов дернул на себя ружье и ударил их надсмотрщика кулакам в лицо. Мужчина осел на пол, а Герман, подхватив оружие и развернувшись, ударил прикладом Антона. Евгении казалось, что она смотрит в кинотеатре боевик.
— Свяжи их! — отрывисто приказал Герман.
А она не могла оторвать взгляда от его рук. Что же с ней происходит? Какой сериал снимают сейчас и что Евгения Шумская тут делает?
Она выполняла команды Архипова молча, крепко привязывая руки двух мужчин к ножкам стола, который еще несколько минут назад был операционным столом.
— Теперь бежим! — Герман схватил ее за руку, помог выбраться через открытое кухонное окно, и они побежали прочь от страшного дома.
На шестом этаже царила тишина. Но какая-то тревожная, напряженная. Совершенно пустой безжизненный коридор, словно больные с врачами вымерли.
— А вдоль дороги мертвые с косами стоят, — пошутил Игнат.
— Очень смешно, — фыркнула Юлька.
— И что мы забыли на шестом этаже?
— Пока не знаю. Мне нужно оглядеться.
