– Для начала в Турцию, а оттуда уже – самолетом, пароходом или трамваем.
– А если серьезно?
– Если серьезно, любуйся. – Я извлек из сумки очередной пакет. – Начнем с одежки.
– Что это?
– Так называемый «мокрый» гидрокостюм, по-иностранному, «wetsuit». Перевести?
– Спасибо, не надо. Лучше расскажи.
– Не вопрос. Повторяю для сухопутных крыс: монокостюм, тип «мокрый», сделан из неопрена…
– Погоди, почему «мокрый»? Он что, пропускает воду?
– Обязательно, но при этом сохраняется теплозащита, так что не замерзну. Некоторое время.
– Понятно. Приходилось нырять в таком?
– Ни разу, – признался я.
Когда-то, лет двадцать назад, я спускался под воду в отечественной «Чайке», позже в «Нептуне» и «Дельфине», несуразных с виду, но надежных и качественных костюмах. Этот, пару часов назад прикупленный мной, был гораздо компактнее, и, что самое главное, его можно было надеть и снять самостоятельно.
– Думаешь, справишься? – с долей сомнения в голосе спросил Грек.
– Куда я денусь, – отмахнулся я. – Итак, продолжаю, тип костюма – «Балтик», толщина покрытия пять с половиной миллиметров. Обрати внимание, молния на костюме спереди, очень удобно.
– Какой-то он тонкий. Точно не замерзнешь?
– По идее не должен…
– А что, нельзя было купить что-нибудь понадежнее?
– Можно, – охотно согласился я, – из хайпалона или титаниума.
– Тогда почему?
– Потому что, – любезно пояснил я, – их за наличку не купишь.
– А этот, значит, купил?
– Точно, – подтвердил я. – А еще теплоизолирующий шлем, я не очень утомил тебя?
– Нисколько, – изобразил легкий поклон Грек. – Продолжай, мне безумно интересно.
– Итак, шлем, носки, боты, пятипалые перчатки.
– Что еще?
– Акваланг марки «SCUBA» – с одним баллоном на десять литров.
– Это много или мало?
– В самый раз, больше не понадобится.
– Воздух в баллон закачал?
– Прямо в магазине и за очень небольшие деньги.
– Дальше.
– Дальше – по мелочам: мягкий грузовой пояс…
– На фига?
– Чтобы не всплыть, когда не надо. Часы, компас, наручный глубиномер, фонарь с аккумулятором и ножик.
– Все?
– В общем, да. Компенсатор плавучести для контейнера и подводный буксировщик, к сожалению, покупать не стал, стремно. Ах да, чуть не забыл, несколько детских надувных кругов для купания.
– Если я правильно понял, надувные круги для изделия?
– Браво. – Я пару раз хлопнул в ладоши. – Общение с интеллигентным собеседником пошло тебе, Грек, на пользу. Умнеешь на глазах.
– Сам чувствую. Буквально на глазах. Постой, а кто этот собеседник?
– Ну, за удачу! – Толя выпил, а я просто промочил губы. Перед завтрашним погружением пить не стоило, да и обжираться тоже не рекомендовалось. Самое гадское, что есть хотелось зверски. Это у меня всегда так, когда нервничаю.
– Интересно, а когда мы увидимся в следующий раз? – задумчиво проговорил я.
– Через двадцать лет, как мушкетеры у Дюма, – хохотнул Грек.
– Столько не протянем.
– Куда мы денемся! Скажи лучше, как все это будет?
– Подойдет яхта, будет ждать между скалами в фиорде, мы подъедем и остановимся неподалеку. Потом я натяну на себя костюм и уплыву. Собственно, все.
– И это будет небось «Пелорус» Абрамовича?
– Размечтался, у того корыто размером с хороший фрегат, еще не во всякий фиорд влезет. Скромнее надо быть, товарищ.
– Тогда что?
– Скромненькая посудинка польской постройки конца восьмидесятых, раза в три короче «Пелоруса».
– Крохотная?
– Не очень, больше тридцати метров длиной. Водоизмещение около двухсот пятидесяти тонн.
– Это много или мало?
– В самый раз.
– И что дальше?
– Я погружаюсь, а ты заводишь мотор и уезжаешь.
– Куда?
– На фиг.
– А если на яхте все пойдет не так?
– Один черт, ты мне ничем помочь не сможешь, если я успею сбросить изделие в воду, ты его потом найдешь.
– Это как?
– Элементарно, Ватсон, я прикреплю к тубусу маячок. Целую неделю он будет подавать сигналы.
– Где достал?
– Не поверишь, купил.
– Последний вопрос, как зовется эта яхта?
– «Апис».
– Апис – это жертвенный бык из мифологии, если я не ошибаюсь.
– Точно.
– Ничего себе название! Лично мне не нравится.
– А лично мне не из чего выбирать. – Все, начинаю новую жизнь.
– Поясни.
– Полноценный сон, здоровое питание, физические упражнения. Нам, дайверам, иначе нельзя.
– Ясно дело, – кивнул Толя.
– Поэтому поручаю тебе наблюдение, а сам иду в койку. Прошу по пустякам не тревожить, в случае пожара выносить бережно.
Толя помахал мне рукой, завел машину и укатил, ему не стоило здесь задерживаться. Я остался совсем один, ночью, на берегу. Кругом только море, скалы и луна на небе. А еще судно в глубине соседнего фиорда, кормой к берегу, с горящими рубочными огнями и фонарем на мачте, освещающими носовые надстройки. Я успел как следует рассмотреть его по дороге. Туда и лежал мой путь. На борту меня явно ждали, оставалось только понять, что со мной собрались сделать после встречи: переодеть во что-нибудь сухое и теплое, напоить горячим чаем и покормить или отправить самого на корм рыбам.
