При появлении двух мужчин Делия резко обернулась, а Уоллес встал, но при этом никто не проронил ни слова.
Китс сразу же подошел к распахнутому окну и принялся внимательно изучать задвижку и переплет рядом с ней, избегая прикасаться к чему-либо руками.
— Отмычкой поработали. Кто-нибудь трогал окно?
— Боюсь, что все, — заявил Уоллес.
Китс пробормотал что-то, не совсем вписывающееся в рамки приличия, и вышел. Через несколько минут его фигура замаячила под окном, и луч его электрического фонарика заплясал по стене.
Эллери огляделся. Ему всегда нравились такого рода библиотеки, тем более что в данном случае эта комната оказалась единственной в доме, где мрачный дух Приама совсем не ощущался. Блестящие кожаные кресла и мебель черного дуба служили прекрасным фоном для книг, которые заполняли сверху донизу все четыре стены. Общий уют довершал старинный мраморный камин. Помещение было довольно просторным, и освещалось большими лампами.
— Делия, неужели ничего не пропало?
Она качнула головой: — Ничего не понимаю! — и отвернулась.
— Наверно, мы с Гроувом спугнули его, — заявил Уоллес, опять так же удобно устраиваясь в кресле.
— А что с марками вашего отца? — обратился Эллери к ссутулившейся спине Делии. Интересно, почему ему пришли на ум эти марки? Может быть, они ценные…
— Насколько я сейчас могу судить — они в целости и сохранности.
Эллери медленно двинулся вдоль полок.
— Кстати, Гроув сообщил мне, что мистер Кольер сегодня еще не ложился. Вы знаете, где он, Делия?
— Нет. — Она с пылающим лицом резко обернулась к Эллери. — У нас с отцом нет привычки следить друг за другом. И между прочим, мистер Куин, я не припомню, чтобы давала вам разрешение обращаться ко мне просто по имени! Надеюсь, что вы никогда больше не позволите себе подобной фамильярности.
Эллери откровенно усмехнулся ей прямо в лицо. Она помедлила секунду и снова отвернулась. Уоллес продолжал невозмутимо курить.
Эллери продолжил свой обход комнаты.
Вернулся Китс и коротко доложил:
— Снаружи ничего. А у вас?
— Кое-что, — сказал Эллери, разглядывая камин. — Взгляните-ка сюда! — При этих словах Делия и Уоллес одновременно обернулись.
В камине возвышались горкой остатки дров, почти одна зола. А сверху на ней лежал какой-то истерзанный и обугленный предмет непонятной формы.
— Попробуйте-ка сбоку золу, Китс.
— Совершенно холодная.
— А теперь прямо под этой сгоревшей штукой.
Лейтенант резко отдернул руку:
— Даже жжется!
Эллери повернулся к Делии:
— Сегодня вечером камин топили… миссис Приам?
— Нет. Утром топили, но к обеду все уже прогорело.
— Эту штуку только что сожгли здесь, Китс. Прямо на куче остывшей золы.
Лейтенант обернул руку носовым платком и осторожно взял обуглившийся комок. Перенес его на каминную полку.
— Что это было?
— Книга, Китс.
— Книга? — Китс окинул взглядом стены. — Любопытно, какая же…
— Пока нельзя сказать определенно. Все страницы сгорели дотла, а на остатках переплета никаких помет или надписей не сохранилось.
Книгу, видимо, переплетали вручную, большинство книг на полках были в особых кожаных переплетах.
— Неужели даже заглавия не проставлено? — Китс почти обнюхал остатки переплета, переворачивая черный комок сбоку на бок. — Должны же быть хоть какие-то следы букв!
— Должны, если только тот, кто совершил этот маленький акт вандализма, предварительно не позаботился об их уничтожении. Обратите внимание вот на эти порезы на корешке и обложке — кто-то поработал здесь острым инструментом перед тем, как предать книгу огненному погребению.
Китс посмотрел поочередно на Делию и Уоллеса, приблизившихся к ним.
— А из вас кто-нибудь может опознать книгу?
— Черт возьми! Опять вы оба торчите здесь!
Кресло Роджера Приама загородило вход в библиотеку. Волосы и борода его были всклокочены, пижама распахнута на багровой волосатой груди, часть пуговиц оторвалась, словно он терзал пижаму на себе в припадке ярости. За креслом, откинутым в виде кровати, волочились одеяла и простыни.
— Ну что, вы все так и будете стоять столбом, словно в рот воды набрали? Что это за жизнь — нельзя ни на секунду глаза сомкнуть в собственном доме! Альфред, где вы шляетесь? Почему не отвечаете на мой звонок?! — свою жену он не удостоил даже взглядом.
— Я здесь, потому что тут кое-что произошло, — примирительным тоном пояснил Уоллес.
— Произошло? Что еще такое?
Китс и Эллери не сводили глаз с Приама, от которого столик и большое кресло загораживали камин, так что он пока еще не мог видеть сожженной книги.
