Смерть в ночном эфире полностью

Он не пялил глаза на ее груди или ноги, как все мужчи­ны, он смотрел ей прямо в глаза. Как будто знал ее. Не просто узнал или вспомнил ее имя, но именно знал ее, сразу понял, какая она.

– Как ты считаешь, он привлекательный?

– Вероятно, – ответила Мелисса. Жалость к себе сдела­ла ее равнодушной ко всему остальному.

– Мне он нравится.

Она не спеша допила свой ром-колу, потягивая напиток через соломинку, как отрепетировала перед зеркалом. Этот прием потребовал долгих часов тренировок. Двусмыслен­ность этого приема сводила парней с ума, и она об этом знала.

– Я к нему подойду.

Она отклонилась назад, чтобы поставить пластиковый стакан на столик, за которым они с Мелиссой сидели, и выпрямилась с грацией змеи. Она откинула назад волосы, одернула топ, сделала глубокий вдох, чтобы продемон­стрировать грудь. Словно спортсмен перед соревнования­ми, она проводила предварительную разминку.

Так что именно тогда она сделала первый шаг. Оставив Мелиссу, она направилась к незнакомцу. Подойдя к ма­шине, она прислонилась к капоту рядом с ним и произне­сла:

– У тебя плохая привычка.

Он повернул к ней голову, улыбнулся и спросил:

– Только одна?

– О других я не знаю. Его улыбка стала шире.

– Тогда нам следует познакомиться поближе.

Не добавив больше ни слова – ведь они оба и так все по­нимали, – он взял ее за руку, обвел вокруг машины и уса­дил на переднее сиденье. Несмотря на жару, его рука оста­валась прохладной и сухой. Когда они отъезжали, она не удержалась и с торжествующей улыбкой посмотрела на Мелиссу. Но ее подруга копалась в сумочке в поисках нар­котиков и не увидела этого.

Он вел машину очень аккуратно, обе его руки лежали на руле, глаза смотрели на дорогу. Он не глазел на нее, не давал волю рукам, и это оказалось для нее внове. Обычно стоило ей сесть к парню в машину, как он тут же распускал руки, словно не мог поверить в то, какое счастье ему при­валило; словно она могла испариться, если он до нее не до­тронется, или у нее изменится настроение, прежде чем он успеет до нее дотронуться.

Но этот парень казался немного отстраненным, и она решила, что это даже клево. Он был взрослым и уверенным в себе. Ему незачем было глазеть на нее и лапать, чтобы убедить себя в том, что она с ним переспит.

Она спросила, как его зовут.

Остановившись на красный сигнал светофора, он по­вернулся к ней:

– А разве это имеет значение?

Она театрально пожала плечами, этот жест был тоже тщательно отрепетирован, потому что поднимал грудь вверх лучше любого бюстгальтера.

– Думаю, нет.

Его глаза задержались на ее груди, потом зажегся зеле­ный, и он снова сосредоточился на дороге.

– Так какая же у меня плохая привычка?

– Ты пялишься на людей. Он рассмеялся:

– Если ты считаешь это плохой привычкой, тогда тебе и в самом деле надо узнать меня получше.

Она положила руку ему на бедро и самым медовым голо­сом произнесла:

– Жду не дождусь.

Место, куда он ее привез, оказалось совершенно кош­марным. Это была однокомнатная квартира с кухонной нишей в дешевом пансионе. Красная табличка в окне на первом этаже двухэтажного здания оповещала о специаль­ных ценах на этот месяц. Это был ужасный район, жители которого не могли себе позволить ни такую машину, ни такую одежду, как у него.

Заметив ее разочарование, он сказал:

– Здесь настоящая дыра, но это единственное, что мне удалось найти, когда я сюда переехал. Я подыскиваю себе другую квартиру. – А потом спокойно добавил: – Я пой­му, если ты попросишь отвезти тебя обратно.

– Не надо. – Она не хотела, чтобы он принял ее за вы­сокомерную, взбалмошную, богатую пай-девочку. – В этом даже есть что-то.

Единственная комната служила одновременно гостиной и спальней. Кухня была крохотной, а ванная еще меньше.

В комнате стояли кровать, ночной столик, кресло-ка­чалка, торшер рядом с ней и складной стол, достаточно большой для того, чтобы на нем уместился компьютер последней модели. Мебель он явно приобрел на распрода­же подержанных вещей.

Она подошла к столу. Компьютер был уже подключен. Несколько раз нажав на клавишу мыши, она нашла то, что хотела. Она улыбнулась ему через плечо и сказала:

– Значит, ты не случайно там оказался.

– Сегодня вечером я искал тебя.

– Именно меня?

Он кивнул. Ей это понравилось, очень понравилось.

Отделанная пластиком барная стойка, отделявшая кух­ню от жилой комнаты, превратилась в подставку для фото­оборудования. У него был фотоаппарат, несколько объек­тивов и множество дополнительных приспособлений, включая переносной треножник. Все это выглядело совре­менным и дорогим, совершенно неуместным в убогой квартирке. Она взяла в руки фотоаппарат и посмотрела на парня через видоискатель.

– Ты профессионал?

– Это всего лишь хобби. Выпьешь что-нибудь?

– Конечно.

Он прошел на кухню и вернулся с двумя бокалами крас­ного вина. Круто. Вино доказывало, что у него утонченный вкус и есть класс. Это совершенно не вязалось с его жили­щем, но она догадалась, что он солгал ей о причинах, по которым живет здесь. Вероятно, это не основное его жилье, а лишь место для развлечений. Подальше от жены.

Потягивая вино, она огляделась по сторонам.