— Предупреждаю тебя, я буду бороться до последнего!
Она проговорила это легкомысленно, но у Хагена создалось впечатление, что она не шутила.
— Мы должны выяснить одну вещь, Хильда,— спокойно сказал он.— Когда мы развелись, я не хотел больше иметь с тобой дела. Теперь тоже. У меня не было намерения нарушать твои планы, так как я вполне уверен, что ты позаботишься об этом сама, без моей помощи. Поэтому можешь убрать свой нож.
На это она ничего не возразила и тотчас убрала нож.
— Ты, в сущности, хороший парень. Ты знаешь, что я тебе ничего не сделаю.
Хаген не был в этом так уверен. За легкомыслием Хильды скрывался злой характер, который временами бурно проявлялся. Однажды она во время одной пустяковой ссоры бросила в него кастрюльку с кипятком. Хаген считал ее способной и на другие агрессивные поступки, если, к примеру, что-то будет угрожать ее теперешнему благополучию.
— Можешь не волноваться, я твоему мужу ничего не расскажу,— успокоил ее Хаген.
— А что ты можешь ему рассказать?
Хильда встала и сбросила манто.
— Пойду немножко поплаваю. Сегодня было ужасно жарко, не правда ли? В беседке лежат плавки, на случай, если ты захочешь составить мне компанию.
— Я поеду домой. Не привык к роскошной жизни.
— Только таким образом и стоит жить. По крайней мере, выпей еще перед уходом.
Хильда повернулась к вышке для прыжков в воду, надела резиновую шапочку и убрала волосы. Она шла медленно и покачивала бедрами, желая походить на манекенщицу. Хаген невольно удивился ее самоуверенности. Хильда немного ошибалась, подумал он, она все еще надеялась на силу своей привлекательности, несмотря на все, что было. Хорошо, что он решил покончить с этим делом — не имело смысла бередить старые раны.
Он молча повернулся к ней спиной, когда она стала выбираться на доску для прыжков в воду; Хаген знал, что она ожидает его восхищенного взгляда. Сначала она подсчитала стоимость своего имущества, чтобы возбудить у него зависть, теперь проделывает то же самое со своим телом. Хаген не намеревался доставить ей удовольствие, любуясь ее фигурой. Он снова наполнил свой бокал.
— Налей и мне, Мортон! — крикнула она, чтобы он обернулся и посмотрел на нее.— Я сейчас приду!
Однако Хаген не обернулся и секундой позже услышал всплеск. Он залпом выпил бокал «Манхеттена», не дожидаясь ее возвращения, и с горечью произнес тост за дом, стоящий без обстановки 73500 долларов. Пусть она живет в нем! Теперь он решил попрощаться.
Но когда он повернулся, прощаться было не с кем. На поверхности бассейна никого не было, только в одном месте слегка рябила вода. Хильда не всплыла наверх.
Сперва он посчитал это шуткой и решил, что Хильда хочет нагнать на него страху. Как только он подойдет посмотреть, что с ней, она появится и посмеется над ним. Но когда прошла целая минута и Хильда не появилась, Хагена охватило предчувствие беды. Он поспешил к краю освещенного бассейна и посмотрел вниз.
Хильда была отчетливо видна в сверкающей воде. Она лежала на трехметровой глубине на дне и вряд ли была в состоянии сыграть с кем-нибудь шутку. Из ее спины торчал оперенный конец стрелы. Из раны тянулась тоненькая струйка крови, поднимаясь на поверхность воды, подобно дыму от сигареты.
Хаген замер, словно оглушенный. Его рассудок искал какого-нибудь спасительного объяснения. Однако объяснения не нашлось, и Хаген вдруг понял, что случилось. Он побежал вдоль бассейна, скинув на ходу пиджак.
— Я должен ее вытащить,— бормотал он, снимая ботинки.— Я должен...
Внезапно он остановился. К нему вернулся здравый смысл. Слишком поздно! Хильду уже нельзя спасти. В свое время Хаген повидал достаточно мертвецов, а в этом случае было абсолютно ясно, что ничего сделать нельзя. Если он бросится в воду, то только вымокнет, а ей не поможет, да и полиция требует, чтобы до ее прихода все оставалось нетронутым.
— Убийца,— высказал вслух Хаген впервые пришедшую ему мысль.
Стрела была откуда-то выпущена, ее направила рука человека. Стрелок должен еще находиться где-нибудь в саду.
Хаген бросил вокруг быстрый взгляд. Ничто не шевелилось.
— Стрела вонзилась в спину,— пробормотал он.
Она попала в Хильду, когда та стояла на доске, приготовившись прыгать в воду. Значит, стрелу выпустили из кустов в дальнем конце сада, откуда он сам проник сюда. Хаген поспешил туда.
Ему не пришло в голову, что могут полететь и другие стрелы, а он является отличной мишенью. У Хагена не было никакого оружия, и он не жалел об этом. Он стремился доказать правильность своих выводов и, если повезет, найти стрелка из лука.