— Вот черт побери! Звонил прокурор, он заменил следователя. Как мне докладывали, дело яйца выеденного не стоит, — рассерженно проговорил Шубин. — Нас с вами вызывает с докладом министр. Они готовят справку для Администрации Президента.
— Ну и вляпаются в дерьмо! И черт с ними! Хотя потом они все свалят на нас! — повысил голос Орлов.
— А вы почему кричите, генерал-лейтенант?
— Виноват! Не уверен в себе, срываюсь.
— Может, поделитесь сомнениями, вдвоем легче.
— У меня редко бывают хорошие начальники, я обязан вас беречь, Василий Семенович. Я вас прошу, не вмешивайтесь в это дело. А что следователя сменят, я и не сомневался.
Золотарев отпустил водителя, сел за руль "Волги" и мотался по городу, пытаясь уйти от "Жигулей", которые последние три часа вели себя просто нагло. До этого настроение у него было превосходным: все получилось, он нигде не засветился, Авилова арестовали. Визит неизвестного в отделение милиции накануне он посчитал обычной проверкой, никак не связанной с убийством диктора. Виталий Золотарев и вправду не имел к убийству никакого отношения. О туфтовой подготовке малого в тире никто не знал, инструктор был мужик свой, кремень, а не человек. Золотарев все-таки съездил в тир узнать, не появлялся ли кто из любопытных. Сейчас-то он прекрасно понимал, что во время этого визита и засветился. Но кто мог предполагать?
В прекрасном настроении он ехал по Садовому кольцу, светофор мигнул желтым, но Золотарев, находящийся в первом ряду, решил не останавливаться, нажал на газ, проскочил Колхозную, когда увидел, как из правого крайнего ряда, обогнув остановившийся троллейбус, вывернули "Жигули" и уже на красный пролетели мимо. Сначала опер подумал, что это какой-то лихач, но вскоре вновь увидел настырную "пятерку", слегка притормозил, машины поравнялись, и он различил, что за рулем сидит один из парней Гурова. Всякие сомнения отпали, его "Волгу" вели в открытую, так водят только человека обреченного, вопрос о задержании которого решен. У Золотарева при себе имелись двадцать тысяч долларов, он получил их от Грека, якобы за тренировку Авилова. Объяснить, откуда у него такая сумма, по сегодняшним меркам незначительная, но, учитывая служебное положение Золотарева, более чем значительная, он не мог. Спрятать валюту в машине, потом откреститься от нее, во-первых, жалко, во-вторых, более чем наивно. Раз так нахально ведут, значит, что-то конкретное имеется. Он все-таки капитан службы безопасности, а не челнок и не рыночный барыга.
Золотарев мог спокойно заехать домой, передать доллары жене, отправиться по делам и не обращать на "пятерку" никакого внимания. Никто его задерживать, тем более обыскивать, не собирался. Но Гуров знал Виталия Золотарева, предполагал, что тот может запаниковать.
Единственный человек, к которому Золотарев мог обратиться за советом, был полковник Грек, но именно сегодня он уехал в командировку. И Золотарев мотался по городу с безумной надеждой, что у преследователей кончится бензин.
Капитан, кстати, был прав, стрелка бензоуказателя "Жигулей" болталась на нуле.
— Я машину знаю, километров тридцать у нас еще имеется, — сказал Нестеренко.
— Не выход, Валентин, — покачал головой Котов. — Судя по поведению, у него что-то при себе горячее. Если мы его упустим, век не простим, — и снял телефонную трубку.
Ответил Крячко. Котов сказал:
— У нашего клиента в кармане динамитная шашка, у нас на нуле, необходимо ваше присутствие.
— Где находитесь?
— Бульварное кольцо, двигаемся к Трубной в сторону Пушкинской.
— Выезжаю. Звони в машину, объясняй, как прохвост поворачивает.
Через минуту "Мерседес" Станислава мощно рванулся от здания МВД.
Он догнал оперативников у Лужников, через секунду увидел "Волгу" Золотарева, настиг ее, словно стоящую, просигналил, махнул рукой, мол, останавливайся.
Станислав встал рядом, выпрыгнул из "мерса" и радостно спросил:
— Виталик, ты чего от своих бегаешь? Мы не ГАИ, штраф не возьмем, — он был улыбчив, доброжелателен, открыл дверь "Волги", помог Золотареву выбраться из машины.
— Мне ребята сообщают: "Волга", которая у нас проходит по инкассаторам, мечется по городу, не уходит из центра, полагаем, у нее здесь назначена встреча, преследуем, ждем. Я через ГАИ твои номера проверил, оказывается, коллеги. Позвонил в ваш гараж, сказали, Золотарев за рулем, водителя почему-то отпустил. — Станислав говорил быстро, весело, но глаза у него были внимательные, настороженные. — А может, у тебя действительно встреча, потому ты водителя прогнал?
— Ага! Встреча! — обрадованно подтвердил Золотарев.
— Не спрашиваю, где именно, дела секретные. Но вот интересно, в какое время? Ты выехал в двенадцать, сейчас уже пять вечера. Ты не мог выехать за пять часов до срока.
— Я мужчина, Станислав, мне твои парни весь кайф поломали, — нашелся Золотарев.
— А чего ты им не сказал, остановился бы да объяснил, ребята свои. — Станислав неожиданно сменил тон, веселость и дружелюбие пропали, он заговорил жестко: — Врешь ты все. Машину давал кому-то, а на ней инкассатора грабанули. Вызывай своего начальника, я своего, будем разбираться.
