– Есть кое-что еще, – продолжил Рори. – Оказывается, Типтон был в Лондоне в тот день, когда умерла мисс Уилтон. Лакей сказал, собирались они в дикой спешке, а его хозяин пребывал не в духе, как будто не хотел ехать и вообще это была не его идея. К тому же они уже ездили в Лондон два месяца назад, между двенадцатым и девятнадцатым. Типтон возненавидел этот город и божился, что никогда сюда не вернется. Угадай, где они останавливались во вторую поездку.
– Здесь, в этой гостинице, – сказала я.
– Точно, – кивнул Рори.
– Значит ли это, что мы можем подозревать Типтона в убийстве? – спросила я.
– Слабохарактерные люди способны на отчаянные поступки, если их довести до крайности, но я, если честно, сомневаюсь.
– А ты не вспомнил, какого цвета у него глаза?
– Ох, Эфимия, ну кто же обращает внимание на такие мелочи? – Он отвернулся. – Вот у меня глаза какого цвета?
– Зеленого, какого же еще? – Я удивилась вопросу, поскольку не представляла себе, как можно не обратить внимания на эти необычные, лучистые, восхитительные глаза. – А у меня?
– Серые, – буркнул Рори.
Я почувствовала, что краснею.
– Наверное, мы общаемся друг с другом чаще, чем с Типтоном, потому и запомнили.
– Наверное, – сказал Рори.
– Я тоже сомневаюсь, что Типтон – убийца. Какой у него мог быть мотив?
– Типтон – пешка лорда Ричарда.
– А еще у него виды на Риченду.
– Ай, может, и так. Скоро она станет очень богатой невестой.
– Разве она еще не очень богата?
Рори поморщился:
– Не люблю сплетничать.
– Ты что-то слышал? Это может быть важно.
– Ты знаешь, что лорд Стэплфорд оставил весьма примечательное завещание?
Я нетерпеливо кивнула:
– Мы уже об этом говорили.
– Ай, мы говорили о доме и земельных владениях. Но у Стэплфордов есть и кое-что еще.
– Ну разумеется, – сказала я, не понимая, к чему он клонит. – Банк и торговля оружием.
– Я не знаю подробностей об источниках их дохода, но мне доподлинно известно, что оба брата получили свою долю после смерти отца.
Я похолодела. Так вот, значит, на какие средства Бертрам купил «Белые сады»! И это после всех его заверений, что он не желает жить на «кровавые деньги»!
– А мисс Риченда, будучи женщиной, – продолжал Рори, – должна была дождаться определенного возраста для вступления в права наследования, и дождется этой осенью. До тех пор ее деньгами будет распоряжаться брат-близнец. Но если она выйдет замуж, управлять капиталом станет ее муж.
– Что?! – удивленно воскликнула я.
– Таков установленный порядок вещей, Эфимия.
– Но это ужасно! А как ты узнал?
– Мэри слышала, как мисс Риченда возмущалась.
– И Мэри рассказала об этом тебе?
– Ты же знаешь ее. Мы сумели поладить. Я уже говорил, что, по-моему, ей хотелось большего, поэтому я был рад, когда появился Меррит. Она чудесная девушка, но не в моем вкусе. К тому же завязывать отношения с горничной было бы непрофессионально.
– Ну разумеется, – холодно сказала я. – Для нас, слуг, личной жизни не существует.
– А ты бы этого хотела? – спросил Рори.
– Я надеюсь, что когда-нибудь выйду замуж и у меня будет собственная семья, – ответила я, стараясь сохранять невозмутимость.
– Буду иметь это в виду, – кивнул он.
А я, конечно же, вспыхнула с головы до ног.
– Прошу прощения, сэр, – вежливо сказала я, – но мне кажется, это будет нарушением приличий.
– Отлично. Делай, как знаешь. – Бертрам развернулся и зашагал прочь, не оборачиваясь.
– Мне послышалось, или этот джентльмен только что попросил тебя быть его спутницей на панихиде? – прозвучал у меня за спиной голос Рори.
Я кивнула, потому что у меня перехватило дыхание, так что невозможно было вымолвить ни слова.
– Он рехнулся! Ты же служанка, не ровня ему!
– Не думаю, что его это беспокоит.
– А должно, – сердито буркнул Рори.
– Мне, между прочим, именно это в нем и нравится! – не менее сердито заявила я.
– Господь милосердный, Эфимия, ты что, не понимаешь? Все же подумают, что ты его любовница! И это будет не просто нарушение приличий, если он притащит свою любовницу на панихиду по своей же предполагаемой невесте. Это разрушит твою репутацию раз и навсегда!
– Любовница?.. – выдохнула я.
– Я хоть и состоял когда-то в коммунистической партии, но на его месте не позволил бы себе относиться к тебе, как к равной. Ты постоянно рискуешь рядом с ним. Он же ничего не соображает!
Я совсем поникла.
– Наверное, ты был прав, Рори, когда говорил, что мне не нужно соглашаться на должность экономки в «Белых садах».
– Ай, наверное. – Его тон заметно смягчился. – А теперь, когда господа разошлись, давай-ка займемся нашим делом.
Меррит уже ждал нас в автомобиле. Рори открыл дверцу и помог мне устроиться на заднем сиденье. Затем он сел сам и постучал в стекло, отделявшее от нас водителя, – лакей молча тронул машину с места.
– Я назвал ему место назначения, – сказал Рори, – но не объяснил, зачем мы туда едем. Он не станет задавать лишние вопросы.
