Все услышали звук чиркающей спички. Вспыхнул слабый свет, осветивший тощую руку Боунса и часть его морщинистого лица. Никто ничего не сказал до тех пор, пока спичка не догорела.
— Прекрасно! Миссис Уири, можно опять включить свет,— проговорил Эллери.
Вспыхнул яркий свет. Боунс сидел все в том же положении, тупо уставившись на остаток обуглившейся спички в его руке. Миссис Уири поспешила вернуться на свое место.
— А теперь,— продолжал Эллери тем же тоном,— миссис Карро.
Бледная, но полностью владеющая собой миссис Карро встала.
Эллери выдвинул ящичек столика, достал оттуда новую колоду карт. Разорвал бандероль, скомкал и отбросил в сторону целлофановую обложку и рассыпал карты по столу.
— Надеюсь, вы умеете раскладывать пасьянсы?
— Да,— сказала она с удивлением.
— Вы знаете самый простой, откладывается тринадцать закрытых карт, затем четыре карты кладутся в ряд открытыми, а над ними восемнадцатая карта?
— Да.
— Прекрасно. Пожалуйста, возьмите эти карты, миссис Карро, садитесь за стол и начинайте раскладывать.
Она внимательно посмотрела на него, как бы сомневаясь в состоянии его умственных способностей, спокойно подошла к столу и села. Медленно перетасовала карты, отсчитала тринадцать и положила их в кучку закрытыми. Затем выложила в ряд четыре открытых карты и следующую карту над ними. Взяла остаток колоды и, открывая каждую третью карту, стала подкладывать их к открытым картам.
Она делала все это быстрыми, нервными движениями. Два раза допускала ошибки, и Эллери молча указывал ей на них. Все следили за действиями миссис Карро, затаив дыхание. Что-то будет? Пасьянс казался бесконечным. Кучки карт поверх четырех все росли и росли... Вдруг Эллери положил руку на пальцы миссис Карро.
— Достаточно,— сказал он мягко.— Боги милостивы. Я думал, нам придется не один раз проделать эту операцию, прежде чем мы достигнем необходимого эффекта.
— Эффекта?
— Да, видите, миссис Карро, в верхнем ряду между красной пятеркой и красной семеркой находится предательская шестерка пик.
Миссис Ксавье издала протяжный стон.
— Ну, ну, не беспокойтесь, миссис Ксавье.— Никакой подтасовки тут нет.— Эллери улыбнулся миссис Карро.— Это в ваших же интересах... Мистер Ксавье!
Адвокат уже давно утратил насмешливое настроение. Он стоял с трясущимися руками, уголки его рта опустились. «Парень сейчас нуждается в большой порции крепкого виски»,— с удовлетворением подумал Эллери.
— Ну? — хрипло произнес Ксавье, подходя к Эллери.
— Для вас мы приготовили очень интересный эксперимент,— улыбнулся Эллери.— Будьте добры, пожалуйста, достаньте шестерку пик из этой колоды.
Марк Ксавье не понял его.
— Достать?
— Да, пожалуйста.
Дрожащие пальцы отказывались служить Марку Ксавье.
— Что... что теперь? — сказал он, тщетно пытаясь улыбнуться.
— А теперь,— резко сказал Эллери,— я хочу, чтобы вы ее быстро разорвали пополам. Ну, быстрее! Да, да, именно сейчас. Ну, ну, без колебаний, рвите!
Перепуганный Ксавье послушно разорвал карту прежде, чем успел понять, что от него требуют.
— Теперь отбросьте одну половинку карты.
Марк отбросил с таким видом, будто она обжигала ему пальцы.
— Ну? — пробормотал он, облизывая губы.
— Одну минуточку,— раздался сзади официальный голос инспектора.— Попрошу вас, Ксавье, не двигаться с места. Эл, подойди сюда.
Эллери подошел к отцу, и они в течение нескольких минут о чем-то серьезно беседовали. Наконец Эллери кивнул головой и вернулся к остальным.
— После проведенной консультации я должен объявить вам результаты наших испытаний,—- сказал он весело.— Мистер Ксавье, пожалуйста, садитесь вот сюда за стол. Это отнимет всего несколько минут.
Адвокат опустился на стул, все еще зажав в руке кусочек картона.
— Хорошо. Теперь слушайте меня все внимательно.
Но это замечание не вызывалось необходимостью: и без того все присутствующие представляли собой самых внимательных слушателей и зрителей, зачарованных захватывающей игрой.
— Если вы вспомните маленькую лекцию относительно ловкости рук, которую я вам недавно прочитал,— продолжал Эллери, сняв пенсне и протирая стекла,— вы, несомненно, вспомните и то, что я продемонстрировал тогда несколько очень важных вещей. Я доказал вам, что, поскольку доктор Ксавье не был левшой, вторая половинка карты не могла остаться в его правой руке; что если бы он сам оторвал кусочек карты, вторая половинка должна была остаться в его левой руке, так как правая была бы занята тем, что она разорвала, скомкала и отбросила оторванный кусок. Из этого я сделал заключение: раз оставшаяся половинка находилась не в левой руке доктора Ксавье, значит, карту разорвал не доктор Ксавье и, следовательно, не он оставил «ключ» к установлению личности убийцы. Другими словами, шестерка пик, называющая убийцей миссис Ксавье, была кем-то подложена в руку убитого, а кто мог проделать эту операцию, как не сам убийца? Вы помните это?
Все помнили. Об этом свидетельствовали их глаза.
— Таким образом, проблема сводилась к следующему: если нам удастся найти человека, который в действительности разорвал эту шестерку пик пополам, тогда мы найдем и убийцу.
