— Это сокращение названия городских улиц, задом наперед первые две-три буквы — либо аббревиатура, либо через дефис. Чтобы конкуренты не узнали. Тогда все сходится. Цифровой шифр в ежедневнике Седова — это дата, время и место сбыта, потом количество наркотика, сумма его стоимости! — Градова чувствовала себя победительницей, поскольку это была первая расшифрованная улика по этому делу, которая давала полную информацию, а не вела в тупик еще дальше.
— И что нам это дает? — Михаил словно не понимал ее ликования. Ведь это ни на миллиметр не приближало их к убийце и не говорило о том, кто он.
— А то, что мы можем составить полную карту точек сбыта наркотика, понаблюдать за этими местами и, возможно, кого-нибудь и поймаем.
— Опять наблюдать? — недовольно застонал коллега. — Оля, ты посмотри в окно! У меня скоро жабры вырастут от этой работы, да и смысла сейчас нет это делать. Все равно все по домам сидят. Может, лучше песни к Новому году посочиняем, а? — Он умоляюще посмотрел на напарницу.
— Ты сам напросился, — улыбнулась она, вставая из-за стола. — С меня кофе, а с тебя песня. — Увидев возмущенный взгляд Михаила, продолжила: — А я лучше карту точек сбыта нарисую. А ты давай топай к себе и сочиняй, мой дорогой, сочиняй веселые и хвалебные сонеты в адрес нашего прекрасного коллектива. — С этими словами она поставила перед ним кружку дымящего свежезаваренного кофе и глазами указала на дверь.
Когда Михаил покинул кабинет, Ольга достала карту города и стала рисовать, основываясь на записях из ежедневника жертвы Седова. Она не знала, сколько прошло времени, кропотливая работа так её затянула, что, когда в дверь постучали и на пороге появился Ланков, она вздрогнула и резко дернула рукой, скидывая на пол пустую кружку.
— Прости, не хотел тебя напугать, — сказал вошедший напарник, поднимая чудом не разбившуюся кружку. — Как твои успехи в художественном искусстве?
— Почти заканчиваю, еще одна страничка, и все будет готово, — ответила Ольга, не поднимая головы. — Будь другом, помой мою кружку и свари еще кофе. Кстати, как твои успехи в сочинительстве?
— А я в этом не разбираюсь, так что, когда закончишь свою работу, сама почитаешь и скажешь мне свое мнение. Ладно, ты давай доделывай, а с меня, так и быть, кофе.
Минут на десять в кабинете повисла тишина.
— Я закончила. — Градова отложила ручку и карандаши, сделала глоток кофе и откинулась на спинку стула. — Миша, смотри!
— Оля, это потому, что я мало спал и много кофе сегодня выпил, мне мерещится или тут, действительно, если соединить все точки на карте, получится бабочка? — Ланков, не отрываясь, смотрел перед собой на карту города Владивостока и не мог поверить своим глазам. — Градова, скажи что-нибудь! — Нервы у него уже начинали сдавать.
— Кофе и отсутствие сна ни при чем. Ты, действительно, видишь бабочку, а если присмотреться, то даже две, одна в другой, или махаон.
— И кого нам теперь искать? Любителя бабочек? Интересно, кто-то до этого специально додумался или это совпадение? У кого может быть такая извращенная фантазия, а? Ты же знала жертву, он, случайно, бабочками не увлекался? — Взгляд Ланкова буквально буравил свою напарницу.
— Нет, насколько я это знаю, не увлекался, но можно уточнить у Лены. — Ольга тяжело вздохнула. — На остальные твои вопросы ответов у меня нет. Но, по крайней мере, мы теперь знаем район сбыта: Кольцо Третьей рабочей как центр, тело бабочки; а улицы проспект Красного знамени, Шилкинская, Аллилуева и Жигура — как ее крылья. И — знаешь что? — Седов не занимался продажей.
— Откуда такая уверенность, Оля? — удивленно спросил оперуполномоченный Ланков. — Всего несколько часов назад ты сама допускала обратное.
— Да, но это было до составления точек продаж. Ведь здесь указано и время. А именно тогда он был на работе. Мы проверяли и опрашивали его коллег еще в начале следствия, он работал на телефоне и был невыездным, у него физически не было возможности это делать.
— Тогда откуда у него эта информация? Если это не он сам делал, то ему эту информацию кто-то сливал. Вот только тогда кто? Слушай, а может, он в Государственный наркоконтроль собирался идти работать? И это было его проверочным заданием? Надо будет узнать у них.
— А что, отличная идея! Завтра с утра сразу к ним и поеду. У нас же утром нет планерки? — Михаил помотал головой. — Вот и отлично, а теперь давай посмотрим твой творческий шедевр, обсудим — и по домам, а то рабочий день еще два часа назад кончился. — Ольга взяла у коллеги лист бумаги и погрузилась в чтение, потом внесла немного корректировок и вернула назад. — Отличная работа, Ланков, а говорил, что ничего в этом не понимаешь и сочинять не умеешь. — Она хитро улыбнулась. — Да ты прямо поэт-юморист! Держи, внеси мои исправления и можешь отдавать Крестову на согласование. Если одобрит, то будем дальше работать. А теперь пора по домам. Поздно уже, мне еще в магазин надо, а то в холодильнике пусто, даже пельменей в заначке нет.
— Тогда, может, в «Легаси» заглянем поужинать, может, и седовласого увидим?
