— Хорошо. Я собрал вас, чтобы сообщить о том, что передаю все дела Константину. Принимать решения он будет сам, не советуясь со мной. Я всецело ему в этом доверяю и прошу того же от вас, — ответил хозяин квартиры.
— А ты? — спросил за всех Виктор.
— Тот, кто убрал того мальчонку, Алексея Седова, считает, что я виноват в смерти его отца, хотя это не так. Он уже убил одного значимого для меня человека, а вчера приходил за мной. Сейчас он думает, что я мертв, именно поэтому я и хочу остаться таковым для него. А это возможно только если я исчезну. Иначе он повторит свою попытку, или же может погибнуть тот, кто мне дорог, а я больше не хочу никого терять.
— Хорошо, Лакей, мы принимаем твое решение и не будем спрашивать, как ты будешь умирать. Но, может, мы отомстим за твоего друга? — предложил Скелет. — К тому же это будет лучшим доказательством нашей скорби.
— Скажем так, Скелетик, плакать по минувшему в никуда Лешему я не буду. Только очень прошу: если вы найдете его, держитесь в тени и не оставляйте улик. Он смог убить Скитальца, который выжил в тюрьме… Да и оперуполномоченный Ланков пристально следит за каждым моим шагом. И берегите себя. А теперь прошу опустошить мой прощальный стол, думаю, мы с вами больше не увидимся.
Утром следующего дня Лакей и Александра выехали из города, оставив на столе, как и планировали, прощальную записку. Константин тоже покинул квартиру, поскольку, согласно купленному ранее билету, в город он должен вернуться только завтра вечером.
Следующий день у Ольги Градовой прошел почти так же, как и предыдущий, за просмотром видеокассет, но результата это не давало. Ближе к полудню в глазах у нее поплыло, она поставила на паузу и уснула. Ей снились ряды машин, все без номеров и все похожие на «хаммер», который они искали. Из автомобильного кошмара ее вырвал звонок, это был Ланков.
— Да, Миша, — сонным уставшим голосом сказала она в трубку.
— Оля, что случилось? Что у тебя с голосом? — обеспокоенным тоном спросил он.
— Уснула… Ерунда всякая снилась про поиск автомобиля. Ты меня спас, так котенка вдруг захотелось, пока смотрела это видео. Кстати, ничего значимого для нас я так и не нашла. А у твоих есть что-нибудь?
— У нас также пока глухо. Машины, машины… Все в управлении уже мысленно встречают Новый год, — ухмыльнулся он в трубку.
— О, я тоже о нем очень мечтаю, — простонала Ольга.
— Тебе так надоел этот год?
— Нет, не очень. Просто тридцать первого заканчиваются все мои запреты доктора, а мне до чертиков надоела эта пижама, и я безумно хочу помыться, — рассмеялась она.
— Надеюсь, что в этом процессе ты моей помощи не попросишь? — притворно ужаснулся он.
— Думаю, что тут я как-нибудь справлюсь сама, а ты лучше помоешь в квартире полы, — В трубке воцарилась мертвая тишина. — Миша, ты чего испугался? Ланков, что случилось? — Она начинала терять терпение и нервничать.
— Оля, а на твоем домашнем ноутбуке интернет есть? — растягивая каждое слово, спросил коллега.
— Да, а что?
— Проверь, пожалуйста, рабочую почту.
Пока Ольга включала ноутбук и ждала загрузки, Михаил по стационарному телефону позвонил в дежурку и заказал машину с конвоем. Она уже хотела спросить у него, что случилось, но в этот момент на экране отобразилось последнее полученное письмо. Ольга не поверила своим глазам: это было признание Кроткова в убийстве Седова! Это был скан либо фото оригинального варианта с подписью, которую она помнила из протокола допроса. Но как это возможно?!!
— Оля, получила? — прервал поток мыслей возбужденный голос Михаила.
— Да, но я не могу в это поверить. Ни тело Алексея, ни задержанная нами машина не подтверждают этого.
— Я знаю, и именно поэтому вместе с конвоем сейчас направляюсь к нему с целью официального задержания. Потом позвоню.
— Хорошо, — согласилась Ольга, понимая, что он все равно не возьмет ее с собой и повесила трубку. Она сварила себе кофе и продолжила просмотр записей. Время тянулось мучительно долго, казалось, что минуты стали вечностью. Наконец через час позвонил Михаил и сообщил, что никого в квартире Кроткова они не обнаружили, оставили наружное наблюдение и возвращаются назад в управление.
— Да, кстати, я сегодня после работы сразу домой. Мама просила что-то там по дому помочь. Да и по собаке я своей соскучился, — сообщил в конце разговора Михаил.
— Ланков, а тебе не стыдно в таком возрасте с мамой-то жить?
— Я до этого сам жил, а когда отец погиб, мама попросила вернуться, чтобы ей было легче пережить утрату. Надеюсь, скоро она придет в норму и начнет строить новые отношения. Тогда я смогу съехать.
— Ты хороший сын, Ланков, — ответила Оля. — А завтра в честь Нового года до которого часа ты работаешь?
— Вообще, до шести, но могу и пораньше слинять, если надо.
— Надо, Мишенька, полы перед праздником у меня помыть. Поэтому думай сам, надо тебе линять или нет. — Она рассмеялась.
— Хорошо, держись там и не смотри много видео на ночь. И увидимся завтра, — попрощался Ланков и повесил трубку.
