Как кажется, Европа не в состоянии остановить иммиграцию и помешать пришлым занимать рабочие места, освобождающиеся по мере того, как сходит с исторической сцены военное поколение. Работодатели требуют рабочей силы; на том же настаивают, возрастая числом, пожилые и старики. В Европу вливаются миллионы людей из Северной Африки и с Ближнего Востока; эти люди несут с собой арабскую и мусульманскую культуры, традицию, веру и создают копии родного мира в самом сердце Запада. Ассимилируются ли они или останутся чужаками, «неперевариваемыми кусочками» Африки и арабских территорий в христианском пространстве? Достаточно сравнить их численность с численностью европейцев — и мы легко ответим на этот вопрос.
Население Португалии, Испании, Франции, Италии и Греции сокращается, зато за морем, в Марокко, Алжире, Тунисе, Ливии и Египте прирост населения за двадцать пять лет составит семьдесят три миллиона человек. В 1982 году, когда автор этих строк побывал в Каире, население Египта равнялось сорока четырем миллионам; к 1998 году оно возросло до шестидесяти четырех миллионов человек. К 2026 году, как ожидается, в Египте будет проживать девяносто шесть миллионов. В девятнадцатом столетии Европа колонизировала Африку; в двадцать первом веке Африка колонизирует Европу. Как пишет Николас Эберштадт, эксперт Американского института предпринимательства, «в 1995 году численность населения Европы (включая Россию) и Африки была сопоставимой. К 2050 году, согласно расчетам, на одного европейца будет приходиться более трех африканцев»10. Только эпидемия СПИДа препятствует пока тому, чтобы Европу заполонили бесчисленные африканцы.
В отличие от Америки европейские нации гомогенны. В их истории почти не встретить преданий о принятии чужаков или ассимиляции иммигрантов. Поэтому пришествие в Европу множества людей иного цвета кожи, иных традиций, иной веры вызывает серьезные опасения, тем паче что происходит оно на фоне распада европейских государств. С 1990 года три европейских страны — СССР, Чехословакия и Югославия — разделились на двадцать одно независимое государство. Вполне вероятно и появление двух новых государств — в Косово и в Черногории. Движения сепаратистов набирают силу в России, Македонии, Италии, Шотландии, Уэльсе, Баварии, на Корсике, в испанской провинции Баскония, в шведской области Скане, в Бельгии вновь вспыхнул тлеющий с незапамятных времен культурно-языковый конфликт между валлонами и фламандцами.
«В Европе с ее коренным белым населением, обосновавшимся на этих территориях около 40 000 лет назад, увеличение доли не-белых может быть воспринято без особого энтузиазма», — сухо замечает лондонская газета «Гардиан» (октябрь 2000 г.)11. О правильности этого вывода свидетельствуют столкновения в Олдмене и Лидсе между азиатами и белыми. Повсюду появляются антииимигрантские партии — Национальный фронт (Франция) во главе с Жаном-Мари Ле Пэном, Свободная партия Австрии Йорга Хайдера, партия швейцарского народа Кристиана Блохера... По мере того как волны иммиграции из исламских государств Северной Африки и Ближнего Востока, а также из африканских стран к югу от Сахары захлестывают Европу, отношение к иммигрантам становится все более недружелюбным. Крупные политические партии вслед за мелкими позволяют себе соответствующие высказывания и действия, всплеск паневропейского патриотизма выводит мелкие партии на гребень успеха.
Лидер немецкой Христианско-демократической партии Ангела Меркель уже активно использует в своей деятельности настороженность немцев по отношению к исламской иммиграции. «Идея объединенной Германии как многонационального государства с населением почти 80 миллионов человек, из которых свыше 7 миллионов — иммигранты, как кажется, беспокоит госпожу Меркель, — заметила газета «Нью-Йорк Таймс». — Никакое другое государство Европы не может похвастаться таким количеством иммигрантов»12.
Госпожу Меркель рассердило требование США принять в Евросоюз Турцию — рассердило постольку, поскольку данное решение означало бы для турок право свободного перемещения по Европе. «Свыше 75 процентов турок, живущих за пределами Турции, осели в Германии», — заявила Меркель в интервью журналу «Таймс»:
«Мы не настаиваем на том, чтобы они отказались от мусульманской веры. Мы лишь говорим, что Германия — страна христианская и турки должны это понимать... Требование о принятии Турции в Евросоюз — грандиозная политическая ошибка. Мы слишком разные, мы абсолютно по-разному относимся к правам человека. Попробуйте-ка открыть христианскую церковь в Стамбуле!»13
Европейские государства невелики по размерам, плотно населены и не имеют никакого опыта существования в роли «плавильных тиглей». Поэтому их правящие элиты следят за нарастающей иммиграцией куда бдительнее и куда с большей опаской, нежели американцы. Однако эти государства и эти элиты, на самом деле, спохватились слишком поздно для того, чтобы коренным образом переломить ситуацию с вымиранием населения.
____________________«КАТАСТРОЙКА»
