Я выдохнул с облегчением. Получается, Насти и вправду не было дома, – Миха, как ни странно, не соврал, – и отчим ударил не её. Но значило ли это, что он не бил её, когда она находилась с ним на одной территории – там, за этой дверью? Мне снова стало не по себе. Я был готов превратиться в Настину «жилетку для нытья» – лишь бы она не молчала о том, что причиняло ей боль! И о тех, кто был жесток к ней. Я смогу ей как-то помочь только если буду знать, что происходит в её жизни, когда мы не вместе. Надо будет при первой же возможности сказать ей обо всём этом. А сейчас пора было отправляться на её дальнейшие поиски, не теряя времени.
Я решил пойти в сквер Кафедрального собора, чтобы поискать Настю там. Даже если не получится найти её, можно будет что-нибудь разузнать у ребят, которые наверняка уже вовсю тренировались на площадке перед собором, – ведь соревнования совсем скоро. Но сначала я вернулся домой за роликами. Мне показалось, что если явиться в сквер без них и начать расспрашивать всех про Настю, это вызовет подозрения и много встречных вопросов, на которые я пока не хотел и не мог ответить.
Дома мама, услышав, что я только вернулся и уже собрался уходить, крикнула мне из кухни:
– Едете с Настенькой на прогулку?
Выдав механическое и лживое «да», я пулей вылетел за дверь и, со скоростью метеора преодолев ступеньки, в считанные секунды оказался на улице. Настроение портилось всё больше – теперь оно стало хуже некуда. Доехав до парка, я увидел там много знакомых и не очень ребят: кто-то отрабатывал элементы возле фишек, некоторые теснились на лавочках и оживлённо о чём-то беседовали. Наши с Настей друзья-роллеры тоже были здесь: Даня, Алиса, Инка. Они, как всегда, катались в стороне от всех, возле своих фишек, расставленных в тени небольшой тополиной аллеи. Увидев меня, все трое сразу подъехали ко мне.
– Здорово, Кир! – радостно поприветствовал меня Даня.
Я молча кивнул в ответ.
– На треньку приехал всё-таки? Можешь прямо сейчас начинать – мы с девчонками уже откатали своё: и тут, и на роллердроме. Так что теперь наши фишки полностью в вашем распоряжении, роллер-мастер Кир, если неохота свои выставлять. Я тебе, кстати, звякнул пару раз, чтоб сказать, во сколько мы собираемся сегодня. Но абонент был вне досягаемости.
Вытащив телефон из кармана, я и вправду обнаружил там несколько пропущенных звонков от Дани. Видимо, я так ждал хоть какого-то сигнала именно от Насти, что все остальные мой слух и мозг просто отказывались воспринимать.
– Да на меня дома столько навалилось. Генеральная уборка и всё такое. Наверное, не услышал из-за пылесоса. А потом сразу метнулся сюда и так и не успел просмотреть уведомления.
– Ого! Неслабо так тебя припахали. А Лилька помогала хоть? Или снова на своей скрипке пиликала?
– Ага, пиликала. Но ей простительно – у неё экзамен скоро.
«Хоть в чём-то не соврал», – подумал я, удивляясь, как легко и убедительно у меня получалось сегодня обманывать близких людей. Зачем я это делал? Неужели нельзя было просто рассказать им обо всём и признаться, для чего я на самом деле приехал сюда?
– А почему ты сегодня один? Где Настька? Позже подъедет? – спросила Инка. Мне показалось, что сейчас трое моих друзей особенно внимательно смотрели на меня, с нетерпением и слишком навязчивым, раздражающим предвкушением ожидая моего ответа.
Это окончательно вывело меня из равновесия. Я почувствовал, как что-то внутри меня резко оборвалось и тяжело упало вниз. Значит, тут Настя не появлялась. Куда же она могла поехать одна в том жутком подавленном состоянии, которое я до сих пор не мог себе объяснить? Но что бы там ни было, их всех это не касалось, и потому я не стал им ничего рассказывать. Никому, кроме меня, не должно быть дела до всего, что происходило между мной и Настей и с самой Настей. Я уже узнал то, для чего ринулся сюда из дома, и теперь можно было просто уехать. До меня вдруг дошла причина и моего сегодняшнего вранья, и раздражения, которое вызвал у меня Инкин вопрос. Я испугался, что наш с Настей имидж «фантастически идеальной пары» рухнет у всех на глазах прямо сейчас с оглушительным грохотом, и ребята увидят не идеальную, а совсем неприглядную картину. Да что там ребята… я и перед собой последние два дня продолжал разыгрывать фантастически идеального парня, который искренне недоумевал, как его девушке могло быть плохо с ним или из-за него. Никакой я не «мастер-роллер», как меня назвал Даня. На самом деле я – мастер лжи и самообмана. Никогда я не был так противен сам себе и не испытывал такого жгучего стыда. Поскорее разыскать бы Настю, поговорить с ней по душам, – нам ведь всегда отлично удавались такие разговоры! – и покончить со всем этим недоразумением.
– Настя… у неё… у нас другие дела сегодня, она не приедет. И мне уже пора. Я к вам только так, ненадолго заглянул. Увидимся в другой раз. Может, завтра.
– Понятно, какие у вас там дела: чемпионские, – подмигнув мне, весело сказал Даня.
