Одержимость местью совсем затуманила разум молодой девушки. Элла намерена отомстить за смерть отца любой ценой. И все шло по плану до тех пор, пока она верила в свою исключительность. Но жизнь всегда лиха на поворотах. Так ценой одной роковой ошибки мир девушки перевернулся с ног на голову… Теперь не ей решать выживет она или нет. Элла узнает не только тайну всей жизни своего отца, но и попробует "Большое яблоко" на вкус. Может, его кто-то отравил в самом начале?
Дорогой читатель!
Рассказ вымышленный, как и все персонажи. Любимые города Америки, захватывающие приключения, слегка приправленные опасностью – идеальное сочетание для коротания твоих вечеров.
Приятного чтения!
Стоял прекрасный июньский месяц, солнце уже разогрелось и согревало куда сильнее, чем месяцем ранее. Я сидела на летней веранде в одном из городских кафе, на столе стояла чашка капучино, а в руках я держала какой-то детектив. Глаза лениво скользили по тексту сквозь стекла солнечных очков, но на самом деле, я была поглощена происходящим за соседним столиком, и старалась уловить каждое слово из разговора моих соседей:
– Повторяю еще раз, – спокойно начал первым глубокий мужской голос, – «босс» свяжется с тобой, если посчитает нужным. Ему нет дела до очередной атаки и твоей истерики. Успокойся и продолжай работу!
– Ты не понимаешь! Систему пытались взломать! – истерил его собеседник, – ему не может не быть до этого дела. А если бы систему вскрыли? То пострадаю не я, а он.
– Ну не взломали же? Кто бы то ни был, он может продолжать стараться, но это практически невозможно. Наши айтишники следят за каждым устройством, блокируя любые попытки взлома. Они, как пуленепробиваемое стекло, любая атака попросту отрикошетит в сторону.
– Но неужели вам настолько всё равно? – его собеседник явно был очень встревожен.
– Наша система автоматически выдает всю необходимую информацию о попытке атаки. Но подобные ситуации не редкость. Многие хотят проникнуть в закулисье этой империи, по разным на то причинам. Всегда есть желающие – конкуренты, например. Так что, панику раздувать излишне, – сообщил всё тем же ровным тоном первый голос.
– Ладно, – расстроено провыл его собеседник, – моё дело предупредить.
– До скорого, – позади меня по полу шаркнули ножки железного стула.
Первым собеседником оказался мужчина средних лет, в безликом костюме, уверенно и быстро шагающий сквозь веранду к своей машине. В этот момент, я терпеливо выжидала, когда же второй собеседник начнет движение, чтобы незаметно проследовать за ним. Вряд ли тот подозревал, что причина его беспокойств – тот самый хакер, сидит за соседним столиком. Безликая молоденькая девушка в чёрных джинсах, простой белой футболке, с высоким хвостом из темных длинных волос и в новеньких кроссовках от Adidas.
Мужчина ударил чашкой о стол, резко вскочил, и также в темпе прошёл мимо меня. В отличие от его собеседника, он был одет гораздо проще: джинсы, кожаная куртка и кепка. Лохматые рыжеватые пряди выбивались из под головного убора, в общем, вид создавался неряшливый, совсем не такой, как у ушедшего ранее собеседника. Был он «на своих двоих» – без машины, что мне было крайне на руку. Быстро засунув книгу в рюкзак, тихо и незаметно я скользнула мимо столиков, продолжая призрачно следовать за ним вдоль стен зданий. Этого дня я ждала полгода.
Мой отец был агентом ФБР, его основной задачей была слежка за особо опасными преступниками, и довольно часто ему приходилось работать под прикрытием, пропадая из моей жизни на дни, порой недели, а то и больше. Поэтому, детство у меня было особенным. Мать не выдержала такой стиль жизни в браке с отцом, и, когда я пошла в первый класс- она сбежала с любовником.
Думаю, когда-то у них с отцом была любовь, как в фильмах: она – молодая и красивая студентка второго курса, он – на лет 5 старше её, молодой агент, начинающий свою головокружительную карьеру. Конечно, чувства вскружили им голову, но бегать на свидания и строить семью – совсем разные вещи. Отец жил работой, не замечая с какой скоростью пролетают мимо дни, недели, а с ними и драгоценное время, которое он, к сожалению, проводил вне семьи – наши семейные праздники, которые проходили без его присутствия, и прочие важные в отношениях вещи, которые так ценны для домочадцев.
Роксэн, или моя мать, была очень красивой женщиной. Её образ в моей памяти за 19 лет конкретно потускнел, так что я помнила родительницу исключительно по, оставленной ею же, фотографии. Шикарная блондинка, правда не натуральная – прямо у макушки виднелись отросшие темно русые корни, но ее образ это ничуть не портило. Наоборот, казалось именно эта косметическая небрежность подчеркивала её оливковый ровный тон кожи, а глаза горели словно два янтаря – не то карие, не то желто-красные. Губы женщины растягивала ослепительно белая улыбка – она улыбалась тому, кто стоял за объективом фотоаппарата. И этот кто-то был не мой отец, но об этом мы узнали уже после её ухода.
