- Все нефтяные компании в Норвегии связаны по рукам и ногам правительственными установлениями. Так и должно быть. У них нет возможностей для частных манипуляций. Пер Бьорн может принимать решения только в очень небольшой области. На любой проект, ну кроме разве такого, как поменять пепельницы в офисе, он должен просить разрешения у правительства.
- Вы одобряете такой порядок?
- Естественно.
- Что вы знаете о его семье? Глаза у Эрика засверкали.
- Он женился на скучной, бесцветной девушке по имени Рагхильд, чей папа в то время как раз был главой "Норск ойл импорте".
Я усмехнулся, вылез из машины и пообещал, что вернусь самое большее через полчаса.
- У меня с собой книга, - успокоил меня Эрик и достал из кармана куртки "Труды и дни" Гесиода в потертой обложке.
***
В середине аккуратно замощенного двора, окруженного желтыми зданиями, помещалась обложенная камнями клумба с тронутыми морозом цветами. Напротив импозантного главного входа слева от ворот виднелся точно такой же справа, но только поменьше. В стенах вокруг главного входа белели полосы жалюзи, закрывавших высокие окна. И весь этот богатый квадратный двор больше походил на государственное учреждение, чем на офис нефтяной компании.
Но как я вскоре понял, это было и то и другое.
Секретарь Пера Бьорна встретила меня у главного входа, провела на второй этаж по покрытой ковром лестнице и оставила в его кабинете, сказав, что мистер Сэндвик еще на заседании, но оно скоро кончится.
Хотя здание с двойными рамами окон, выходивших во внутренний двор, казалось старинным, кабинет главного человека в компании выглядел современным, функциональным и очень скандинавским. На стенах висели схемы морского дна в разрезе с прикрепленными табличками, какие работы там ведутся, а рядом три цветные карты Северного моря, на каждой из которых показано, где и в какой стадии идет бурение скважин. Все море на картах покрывали маленькие пронумерованные квадраты, на некоторых из них было написано "Шелл", "Эссо" и так далее, и хотя я внимательно искал, но нигде не нашел пометку "Норск ойл импорте".
Дверь за моей спиной открылась, и вошел Пер Бьорн Сэндвик, как всегда любезный и независимый, создавая впечатление, что его не втолкнули на вершину власти, а он постоянно пребывал на ней.
- Дэйвид, - проговорил он своим высоким четким голосом, - простите, что заставил вас ждать.
- Я разглядываю ваши карты, - сказал я. Он кивнул и подошел ко мне.
- Мы бурим тут.., и вот здесь. - Он показал на два квадрата, на которых виднелось совершенно другое название. Я удивился, и он объяснил:
- Мы часть консорциума. В Норвегии нет частных нефтяных компаний.
- А чем занималась "Норск ойл импорте" до того, как в Северном море нашли нефть?
- Импортировала нефть, разумеется.
- О-о-о, разумеется. - Я улыбнулся и сел в квадратное кресло, на которое он показал.
- Начинайте обстреливать меня вопросами. - Пер Бьорн тоже улыбнулся.
- Привозил ли вам Боб Шерман из Англии какие-нибудь бумаги или фотографии?
- Нет. - Он покачал головой. - Ларе уже спрашивал нас во вторник. Шерман никому не привозил никаких бумаг. - Он протянул руку к звонку на письменном столе. - Не хотите ли кофе?
- Очень хочу.
Он кивнул и попросил секретаря принести кофе.
- Мы предполагаем, - начал я, - что, вероятно, он привез некий конверт и передал его кому-то. Если бы этот кто-то признал, что получил конверт, мы могли бы отбросить в расследовании этот момент.
Пер Бьорн, задумавшись, уставился на свой стол.
- Допустим, - продолжал я, - он привез особого рода порнографию, скорее всего она не имела бы никакого отношения к его смерти.
- Понимаю. - Сэндвик перестал разглядывать стол и посмотрел на меня. И поскольку никто не признался, что получил конверт, вы делаете вывод, что в конверте была не порнография.
- Я не знаю, что было в конверте, - вздохнул я, - но хотел бы знать.
Принесли поднос с кофейником, и Сэндвик аккуратно налил кофе в две темно-коричневые толстые кружки.
- Вы отбросили мысль, что Боба Шермана убил тот, кто украл деньги?
- Она в резерве. Не могли бы вы передать ваше впечатление о Бобе Шермане как человеке?
Он вытянул губы, будто оценивая Боба на вкус.
- Не очень умный, честный, но легко попадает под влияние. Безусловно, хороший наездник. Он всегда удачно выступал на моих лошадях.
- Я слышал, что Рольф Торп считает, будто его лошадь проиграла в последний день по вине Боба. Сэндвик пожал плечами.
- Рольфу иногда трудно угодить, - сдержанно заметил он.
Мы выпили кофе (я отказался от предложенных сливок и сахара), поговорили о Бобе, и, уже уходя, я вскользь заметил, что хотел бы встретиться с сыном Сэндвика Миккелем.
- И задать ему вопросы? - нахмурился Пер Бьорн.
- Да... Всего один-два. Он знал Боба сравнительно хорошо, и он единственный, с кем встречался Боб и кого я еще не видел.
- Конечно, я не могу не позволить вам. - Мое намерение ему очень не понравилось. - Вернее, не должен. Но сына так огорчило это дело, сначала думали, что его друг вор, потом он узнал, что друга убили.
- Я постараюсь не расстраивать его. Я читал его краткие показания в полиции и не жду большего.
