— Знаешь, я никогда не думал, что Дракас сможет вынести столько ударов — а раздать еще больше! Он прекрасно владеет правой, с этим не поспоришь. Сразу же замечает слабые места в обороне противника и молниеносно реагирует. Да, неплохо. А ведь он всегда казался мне изнеженным франтом.
— Да, Дракас похожи на разряженных кукол. Но внешность бывает обманчивой, — сказала Иви.
Сеймоур предпринял еще одну безуспешную попытку растащить противников, а затем сел на задние лапы и завыл.
— Оставь их. Долго они не продержатся. Скоро их охватит дневное оцепенение и они смогут немного отдохнуть. Вот увидишь, вечером, когда они поднимутся из гробов, даже самые глубокие раны немного затянутся.
Но Сеймоур, похоже, был другого мнения. Он опять завыл, и формы его тела начали меняться. Белый мех исчез, волчья пасть стала приобретать человеческие черты.
Винсент удивленно поднял брови и вопросительно посмотрел на Иви. Лицана пожала плечами.
— Да, меня тоже удивляет, что он безо всякой причины решился на это — так сказать, публичное — превращение. Хотя ты, наверное, и раньше знал, что мой брат Сеймоур — оборотень.
Винсент ничего не ответил. Он зачарованно наблюдал за превращением. Всего через несколько мгновений с места, где сидел волк, вскочил мужчина и, грубо оттолкнув Лео и Малколма друг от друга, встал между ними. Оба наследника отвесили оборотню по удару, но он и бровью не повел. Вытянув руки в стороны, Сеймоур удерживал соперников как можно дальше друг от друга.
— Довольно! Что вы здесь устроили? Поле брани?! Посмотрите на себя, вы все в крови...
Наследники предприняли еще одну слабую попытку вырваться из железной хватки оборотня, а затем сдались. Малколм ухватился за кровоточащую губу, а потом вытащил из-под нее выбитый зуб, в то время как Лео попытался вытереть со щеки кровь, стекавшую из ссадины на лбу. Левым глазом Дракас уже ничего не видел, а от правого осталась лишь узкая щелочка.
— Проклятье, Сеймоур, кто разрешал тебе вмешиваться?! — выругался Франц Леопольд, в то время как Малколм смотрел на оборотня круглыми от удивления глазами.
Видимо, Вирад только сейчас понял, кем был этот мужчина со стальной хваткой. По худому лицу Сеймоура трудно было определить, сколько ему лет. Длинные белые волосы оборотня свисали неровными космами. Тощее тело, в котором скрывалось столько силы, было облачено в поношенную рубашку и широкие штаны до середины икр.
— Ну что, вы уже образумились? Могу я вас отпустить, не опасаясь, что вы тотчас же вцепитесь друг другу в глотки?
— Спроси это у свихнувшегося Дракас, — проворчал Малколм.
Но Лео был уже не в состоянии что-либо ответить. Правый
глаз вампира закатился, и венец начал медленно оседать на пол. Сеймоур отпустил его и слегка расслабил пальцы, сжимавшие плечо Малколма. Вирад высвободился из рук оборотня и уселся на нижнюю ступеньку лестницы.
— Ревнивый идиот! — воскликнул он и выплюнул на пол еще одну порцию крови.
Затем веки наследника сомкнулись, и он свалился набок.
Иви поднялась на ноги и расправила свои серебряные одежды.
— Отлично, с дракой покончено. Теперь мы можем разойтись по спальням и лечь отдыхать.
Сеймоур посмотрел на Лео, раны которого уже почти не кровоточили, а затем повернулся к сестре.
— Похоже, тебе все это совершенно безразлично. Иви, что с тобой? Куда делась твоя чуткость, твоя отзывчивость?
Иви серьезно посмотрела в глаза брату.
— Возможно, все не так, как ты себе представляешь. Может быть, я просто сняла маску милой девочки и ты наконец-то увидел настоящую меня?
Сеймоур ничего не ответил. Он лишь покачал головой и поморщился, словно от боли. Затем оборотень нагнулся, чтобы поднять с пола безвольное тело Франца Леопольда, но Иви оказалась быстрее и первой взяла его на руки.
— А ты возьми Малколма, — приказала она брату. — Отнеси его в дом наследников Вирад, который находится по другую сторону двора, и разыщи его комнату, только смотри, чтобы с ним ничего не случилось. Солнце уже поднялось, и тени становятся все короче.
— Спасибо за совет. Я провел в обществе вампиров довольно много времени и знаю, что им не стоит попадать под солнечные лучи. Похоже, тебе все-таки не безразлична судьба твоих товарищей, что вселяет в меня хоть какую-то надежду.
Оборотень небрежно перебросил Малколма через плечо и выскочил наружу, громко хлопнув дверью.
— Ему нужно было стать актером, — пробормотала Иви, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. — Он так любит все драматизировать!
Затем Лицана осторожно понесла Лео вверх по лестнице.
Винсент уложил Алису в ее гроб, закрыл его крышкой и вместе с Иви поднялся еще на один этаж, туда, где находились спальни наследников. Слуга подождал у двери, пока Иви укладывала венца.
— Ты идешь?
— Да, — ответила Лицана, но не сдвинулась с места.
