— Все в порядке? — Джулин надоело без дела стоять перед воротами, особенно, если учесть, что Ристер, казалось (да так оно и было), совсем про нее забыл. Девушка даже не вспомнила о том, что хотела на людях держаться с магом исключительно официально. Впрочем, где здесь люди?
— Не знаю, — Ристер еще раз ударил по воротам. И только потом обратил внимание на то, что мог заметить еще пять минут назад. Территория Университета, всегда освещенная тысячей огней, уходящая своими башнями в небеса, сейчас была покрыта тьмой, казалась притаившемся зверем, который может в любой момент напасть. Вокруг нее пульсировала энергия. Ее было на столько много, что даже архимаг не пробил бы брешь в защите, куда уж простому магистру?
Ристер вспомнил слова Фреда, о том, что вход в Университет закрыт. Это оказалось правдой в полной мере. Но, откуда первокурсник мог об этом знать? Он что-то говорил о Дорине… что именно?
Магистр прищурил глаза, стараясь вспомнить точно слова Фреда, но в тот момент его волновали совершенно иные проблемы. Он даже, помниться, подумал, что студент пошутил, или скорее просто придумал более или менее правдоподобную ложь. Ристер ведь даже не вслушивался в его слова, пытаясь понять, каких бед, кроме уже названных, могли причинить палачи Согна. Проблем и без того хватало, но если все еще хуже?
Какая все-таки радость, что демонята сейчас лежат мертвые на мостовой. Последнее их появление в мире произошло с месяц назад в Арвлене — небольшом городке, на самой границе с Раадом. Тогда за считанные дни была уничтожена треть города — слишком много демонят собралось в одном месте.
Но в тот раз проблема была решена. Все монстры, падкие на человеческое горе и смерти, уничтожены, вырезаны под корень. Ристер сам не принимал участие в этой облаве, но знал со слов Дириани и Креанира, что происходило. Магистры ведь не только разрабатывали план нападения, но и брали в нем активное участие.
Затем, спустя всего месяц, демонята появились у них под носом, в Риане, правда, несколько минут назад магистр видел перед собой тела — он специально наклонялся, чтобы проверить это — а не живых существ. Значит, главная проблема решена, а все остальное… если их пырнули ножом в спину (хотя следа от удара магистр не увидел, но он не очень-то и старался, быстро просмотрев ауру погибших и, брезгливо поморщившись, отвернулся), применили какое-то заклятие — это великолепно. Кто бы не занялся самосудом.
Но красные пятна на ауре остаются только после смертельного укуса ночной тени. Или нет?… Меньше надо было прогуливать общую магию, ну и что, что в некромантии она не нужна!
— Вы уже проходили ночных теней, — резко спросил Дорин у Джулин. Один шанс из тысячи, один шанс…
— Понятия не имею, — вырвалось у Джулин, которую и на парах видели ой как не часто, а уж о том, чтобы что-то учить и речи быть не могло. Жаль, только теперь все может кардинально измениться, если она напишет отцу… — в смысле, нет, такого у нас еще не было — через минуту другую поправилась девушка. Выглядеть лоботряской в глазах Ристера ей не очень то хотелось.
— Жаль, — искренне проговорил Ристер, не заметив заминки Джулин и задумавшись, могли ли ночные тени проникнуть в город. В том, что сил покончить с демонятами, которые вне человеческих снов становились обыкновенными людьми, сомнений не было. Но, зачем им это?…
За неделю до юбилея…
Марвель сидела в роскошном кресле, которое даже можно было принять за трон, и поглаживала птицу, сидящую у нее на коленях, по груди. Это уже был пятый "черен", ведь дольше шестидесяти лет не жил ни один ворон, хотя обычно они умирали раньше — в тридцать, сорок. Этой птице было всего десять лет, но Марвели она уже изрядно надоела — слишком наглая, переборчивая. Она даже как-то вздумала клюнуть ее в ладонь. Только выдержка женщины помогла ей не дать своим подданным увидеть это. Иначе ее правление, скорее всего, окончилось бы навсегда.
Точно так же, как если бы ночные тени узнали бы, что это вовсе не та птица, которую они видели двести лет тому назад, если бы узнали, что Марвель лгала им с первого дня…, дам, в ее жизни были одни "если"…
Раздался стук в двери. На пороге появился мужчина в темном плаще — Фавн — один из ее ближайших помощников, который выгодно отличался от большинства ночных теней разумом, не желанием совершать зло только лишь ради зла. Марвель ценила его за это. И порой даже думала признаться в том, кто она на самом деле… но не долго:
— Позволительно ли мне будет обратиться к вам, леди? — проговорил немертвый, степенно опускаясь на колени.
— Прошу тебя, встань и говори, — милостиво разрешила Марвель, воображая про себя, куда она бы хотела засунуть этот Рха'ловский этикет.
Поначалу почтение и неизменная вежливость, готовность подчиняться любым приказам и скрытая боязнь нравились бывшей служанке, которой до этого все помыкали. Но лет через пятьдесят ей все надоело. Жаль, только изменить что-то она была не властна. Слишком дорогой оказалась бы цена. А умирать, когда жизнь обещает так много радостей, было просто кощунством.
