Лорел покачала головой.
– Я ничего не знаю о нем, но мне кажется, он старше других жертв. Мы можем еще разок изучить фотографию. В прошлый раз я его на ней не заметила.
– Но это не означает, что его там нет, – сказал Нестер. – Я продолжу копать.
– Мне это не нравится, – пробормотал Гек. – Слишком много совпадений.
Лорел покосилась на сестринский пост.
– Согласна. Конфеты-валентинки привлекли внимание журналистов, но глубоко они этим не занимались. Тем не менее любой мог увидеть репортаж и скопировать почерк убийцы.
Гек потер лицо ладонями.
– Великолепно. Пока нам известны лишь трое человек, которые могли желать Кейну смерти.
Лорел вздрогнула.
– Я и Эбигейл, конечно. А кто третий?
Ему не хотелось это говорить, но любой следователь сложил бы два и два.
– Твоя мать.
Лорел окаменела.
– Моя мать…
Двери распахнулись и к ним ворвалась Рейчел Рапренци, сопровождаемая оператором с камерой.
Уолтер сунул Лорел хирургический костюм и вскочил ей навстречу, опередив Гека.
– Вон отсюда! – рявкнул он.
– Прощу прощения, но это общественная больница, – сказал Рейчел, пока оператор снимал комнату ожидания и Лорел, сидящую на стуле.
Уолтер закрыл объектив камеры и схватил Рейчел за руку.
– Это правонарушение! Сейчас же уходите! Никакого официального задания у вас тут нет. Я вас сейчас арестую.
Рейчел улыбнулась Геку.
– Все в порядке. Я уже получила, что хотела.
Она развернулась на семисантиметровых каблуках и вышла обратно в буран, оператор за ней.
И тут раздвинулись двери, ведущие в отделение «Скорой помощи», и оттуда вышел врач в голубом хирургическом костюме. Он сдернул с головы шапочку и с усталым видом огляделся по сторонам. Он был худой, лет шестидесяти, с густой седой шевелюрой и ласковыми карими глазами.
Лорел встала.
– Как мистер Кейн?
Доктор размял шею.
– Операция прошла успешно.
Внешне Лорел никак не отреагировала. Гек не сводил с нее глаз, чтобы подхватить, если она начнет падать.
– Можете сказать, сколько раз его ранили? – спросила она.
– Пять. Пришлось удалить ему желчный пузырь и аппендикс. Селезенку удалось сохранить. – Доктор снова огляделся. – Он сейчас в реанимации и ни с кем не сможет поговорить. И завтра тоже.
– Ясно, – сказала Лорел. Теперь ее голос звучал тверже.
Уолтер поднял руку.
– Ты не можешь допрашивать его, Лорел. Это сделаю я.
Гек посмотрел на врача.
– Он что-нибудь говорил?
Доктор затолкал шапочку в карман.
– Пастор был без сознания, когда его доставили, и потом то приходил в себя, то снова отключался, но, прежде чем ему дали наркоз, он произнес одно слово.
– Какое? – спросил Гек.
– «Лорел».
С трудом переставляя ноги от усталости Лорел поднялась на крыльцо дома матери, сопровождаемая Геком. Ветер насквозь продувал хирургический костюм, который был на ней, и больше всего на свете Лорел хотелось принять душ и смыть с себя кровь. Ей дали вымыть руки после того, как с них взяли образцы, но толком удалось отчистить только левую.
– Хочешь поехать потом ко мне или останемся здесь на ночь? – спросил Гек.
Лорел вставила ключ в замочную скважину и поняла, что дверь открыта. Она что, забыла ее запереть? Это было возможно с учетом того, как ей не терпелось встретиться с Зиком Кейном.
– Тебе не обязательно оставаться со мной, Гек.
Он встал к ней вплотную, и тепло его тела согрело ей спину.
– А я думаю, обязательно.
Сосредоточиться стало еще сложнее, поэтому она просто распахнула дверь.
– Тогда побудем здесь.
Лорел казалось, что у нее не хватит сил даже собрать сумку.
– Хорошо, – кивнул он. – Я выпущу Энея из машины и дам ему немного побегать. А потом мы придем. Ты прими пока душ. – Он поцеловал ее в макушку и отошел.
К удивлению Лорел, у нее на глазах выступили слезы. Она не была особенно эмоциональной; наверное, так действовала усталость.
– Отличный план. – Она порадовалась возможности ненадолго остаться одной.
Внезапно Лорел вспомнила про своего кота – его же надо покормить! А еще купить книжку про то, как ухаживать за кошачьими. Она вошла в холл и сбросила туфли, поморщившись, когда босые ступни коснулись деревянного пола. Уолтер забрал всю одежду Лорел, чтобы отправить ее в криминалистическую лабораторию, а в больнице носков не нашлось. Неужели у них не должно быть носков для пациентов?
Она прошла в гостиную поискать кота. И вздрогнула всем телом, увидев сестру, дожидавшуюся в свете камина.
– Эбигейл, – выдохнула Лорел.
Та удобно расположилась на диване в цветочек перед полыхающим огнем. Примостила на колени подушку и держала в руке пару желтеньких пинеток.
– Прошу, скажи мне, что не тратишь свое бесценное время на то, чтобы вязать детские одежки! Это же твоя мать, верно?
Лорел бросила взгляд в сторону комнаты для вязания, потом снова оглядела гостиную. Она связала эти пинетки на прошлой неделе и оставила их возле коробок, приготовленных для отправки в ее благотворительную организацию.
– Ты обыскала весь дом?
Эбигейл улыбнулась, прищурив глаза, словно кошка.
– Если честно, то да. И знаешь что? Это было ужасно скучно. Тут нет ничего интересного. Даже чаи и те травяные – никакого кофеина.
