Эбигейл была в юбке вишневого цвета и таком же жакетике поверх белой блузки, на десятисантиметровых каблуках. Она решительно вошла в комнату с прямой спиной и высоко поднятым подбородком.
– Джейсон, прости, что не приходила раньше, но мне казалось, это будет некстати, – сказала она мягко, выдвигая себе стул и присаживаясь.
Он молча смотрел на нее.
Темно-рыжие распущенные волосы Эбигейл каскадом спадали на плечи. У нее было лицо такой же тонкой лепки, как у Лорел, и гетерохромные глаза в точности как у сестры. Тем не менее их сердца и души были разными. Само поведение и манера держаться у Эбигейл являли разительный контраст с добротой и интеллектом Лорел.
Эбигейл вздохнула.
– Ты хотел, чтобы я тебя навестила, но я могу уйти, если так будет лучше.
Джейсон посмотрел на дверь, а потом опять на нее.
– Почему ты сделала это со мной?
Ее глаза широко распахнулись.
– Сделала с тобой что? Ты же знаешь, я пыталась тебе помочь проработать твои проблемы.
– Мои проблемы? – взорвался он, дернув за цепь. Та громко зазвенела металлом по металлу. – Ты исколола меня наркотиками, а потом спровоцировала на убийства.
Лицо Эбигейл превратилось в непроницаемую маску, но едва заметная улыбка сохранилась на губах, густо покрытых вишневой помадой в тон костюма.
– Спровоцировала на убийства? Это самая большая глупость, какую мне приходилось слышать в жизни. Я колола тебе только витамин В, и ты это знаешь. Зачем ты до сих пор лжешь себе?
Он посмотрел вниз, на свои руки, а потом снова на нее.
– Я не лгу. – В первый раз за время их разговора в его голосе не было злости.
Эбигейл похлопала его по руке. Охранник возле двери напрягся.
– О, простите! – воскликнула она, отдергивая руку. – Совсем забыла. Не прикасаться. – Эбигейл вздохнула. – Джейсон мне очень жаль, что я не смогла тебе помочь. Но твои проблемы были слишком глубокими. Помнишь, что ты чувствовал к своей матери, что она сделала с тобой, как с тобой обращалась?
Джейсон сгорбился на своем стуле.
– А теперь взгляни на себя, – сказала Эбигейл. – Ты словно животное в клетке. И выхода нет.
Он взглянул ей прямо в глаза. А потом сгорбился еще сильнее.
– Выхода нет, – повторил он.
Она говорила с ним еще около двадцати минут – с притворным сочувствием рисовала ему суровую картину его нынешней и будущей жизни. Затем посмотрела на часы.
– Ты уж прости, но мне пора. У меня совещание с соискательницами научной степени в университете. Они все женщины и все очень умны. Впереди у них огромный успех, я в этом не сомневаюсь.
Джейсон больше на нее не смотрел. Он не сводил взгляд со своих рук, которые уже не шевелились.
Эбигейл поднялась и, стуча каблуками, прошла к двери.
– Любопытно, как образованные и умные женщины всегда побеждают, правда? Желаю тебе хорошего дня. – Она открыла дверь и плавно вышла из комнаты.
– Ого, – пробормотал Уолтер.
– Это была самая грандиозная манипуляция, какую я когда-либо видел, и тем не менее она не совершила ничего противозаконного, – сказал Гек. – На видео нет ничего, за что ее можно привлечь к ответственности.
Лорел вздохнула.
– Предполагалось, что сегодня утром он даст интервью насчет Эбигейл подкасту «Час убийства». Эбигейл не могла этого допустить, да ведь?
Сердце Гека сжалось. Он служил в армии, потом в полиции, потом стал офицером природоохраны. За это время он повидал немало хищников, в том числе в человеческом обличье.
Но женщина в вишневом костюме была опаснее их всех вместе взятых, и сейчас она нацелилась на его женщину и их еще не родившегося ребенка.
Из глубокого сна без сновидений Лорел выдернул телефонный звонок. Часы показывали два ночи.
– Что еще? – пробормотал Гек, садясь в постели. Они ночевали у него дома.
Лорел поискала свой телефон и нажала кнопку.
– Агент Сноу. – Она прижала основание ладони к глазу. Беременность привела к ослаблению когнитивных способностей, и временами ей было трудновато сосредоточиться.
– Агент Сноу. Это агент Норрс.
Ее сердце упало.
– Агент Норрс, что происходит?
– Хотел вам сообщить, что в дом советника Свелтера вломились сегодня ночью.
Она замерла.
– С ним все в порядке?
– Да, советник не пострадал. У него две сигнализации. Первую перерезали. Вторая сработала, и полиция немедленно примчалась к нему в резиденцию с мигалками и сиренами.
Надежда у нее внутри подняла голову.
– Они поймали взломщика?
– К сожалению, нет, – ответил Норрс. – Не успели. Свидетели запомнили силуэт, промелькнувший в темноте, но не могут описать ни его роста, ни веса, ни пола – ничего. Но этот человек по дороге потерял конфеты-сердечки. Наверное, у него в кармане дыра. Так что это точно наш приятель.
Лорел вздохнула.
– Или приятельница, – пробормотала она. – Это может быть женщина. Вы уверены, что свидетели совсем ничего не могут сказать о взломщике?
– Ничего. Было темно и шел дождь.
– А камеры наблюдения? У советника они наверняка есть.
Норрс чихнул, отодвинув трубку, после чего вернулся к разговору.
– Они были, но их провод тоже перерезали. Поверите или нет, но камеры были самой старой дешевой марки, которые легко отключить. Этот Свелтер – просто заносчивый ублюдок, – прошептал он.
