Мэтт выдыхает, и мы продолжаем заполнять поля, то и дело, сталкиваясь локтями.
***
Сижу на скамейке, подставив лицо солнечным лучам. Как же это приятно. Тепло так и скатывается по моим плечам, впитывается в кожу. Я бы просидела здесь вечно, лишь бы отвлечься от мыслей, завывающих в голове.
Солнце играет на красноватых стволах деревьев. Я задумчиво разглядываю их, траву и черную землю, а затем прикрываю глаза и со вздохом откидываю назад волосы. Мне как никогда не хочется шевелиться, особенно идти домой. Что на этот раз я увижу по дороге?
От одних воспоминаний об изломанных руках незнакомки мне становится плохо.
— Ари! — Издалека доносится знакомый голос, и я выпрямляюсь.
Довольно помахивая рукой, ко мне и, правда, плетется Хэрри в широченных темных джинсах и рыжей футболке с надписью «Peace». Он останавливается перед скамейкой, а я приветливо улыбаюсь.
— Привет, Хэйдан.
— Привет, как ты? — Парень плюхается рядом и бросает на колени книжки. — Ты вчера так стремительно убежала, я даже опомниться не успел. Все в порядке?
— Ну да.
— У тебя уже закончились уроки?
— Закончились, но я решила посидеть немного. Тут очень красиво. — Оглядываюсь и в который раз улыбаюсь. Я сама на себя не похожа. — А ты освободился?
— Не меняй тему.
— Ого, — удивленно вскидываю брови, — а ты настойчивый.
— Мне просто показалось, что вчера ты испугалась.
— С чего ты взял? — Хмурю лоб и с силой сжимаю край скамейки.
— Ари, я ношу очки, но я не слепой. И да, мы едва знакомы, — парень нервно потирает переносицу и глядит куда-то вперед, — но ты можешь поделиться. Правда.
— И с какой стати мне тебе доверять?
— Кому-то ведь надо.
— И, конечно, именно тебе.
— Ты сказала, я — твой друг.
— Так и сказала? — Наиграно интересуюсь я.
— Именно. Еще ты сказала, что я — милый. — Уточняет он, покачивая головой, а потом переводит на меня взгляд и улыбается. — Так что, ты сама напросилась.
Я вздыхаю. Осматриваю голубое небо и пожимаю плечами:
— Мне показалось, что я увидела свою сестру.
— Она тоже переехала в Астерию?
— Нет. — Я горблю спину и стискиваю зубы. — Она умерла. Погибла в автокатастрофе, как и мои родители полгода назад.
Хэйдан растерянно замирает. Не хочу смотреть на него, ведь знаю, что увижу. Люди одинаково реагируют на такие слова. Их лица перекашивает от жалости и шока. При этом они мало что понимают, но из кожи вон лезут, притворяясь, будто понимают все.
— Ари, — наконец, говорит Хэйдан, — это паршиво.
Я нервно усмехаюсь и все-таки гляжу на парня.
— Да, Хэрри, веселого мало.
— Поэтому ты переехала к сестрам Монфор?
— Да.
Он вновь замолкает и устремляет взгляд куда-то вперед.
Ветер бесстыже гоняет листья по изнуряющей от солнца дороге, а деревья хрустят и трещат, словно умеют говорить. Я пытаюсь отвлечься, но лишь больше и больше думаю о той аварии, что отняла у меня семью. Водитель грузовика выехал на встречную полосу, и только-то. Одно неверное движение! И моя жизнь превратилась в нечто чужое.
— У меня сейчас должно быть искусствоведение, — отрезает Хэрри и поднимается на ноги. Я думаю, парень собирается уходить, но он неожиданно протягивает мне ладонь, и я растерянно вскидываю брови. — К черту это искусство. Идем. Я проведу тебя до дома.
— Не надо.
— Хочешь, чтобы моя самооценка провалился в Тартарары?
— Не надо прогуливать из-за меня, — уточняю я, смутившись.
— А кто сказал, что из-за тебя? Я вообще-то ради себя стараюсь. Хочу прогуляться до дома с симпатичной девушкой. Знаешь, как часто подобное происходит в моей жизни, а? Уверен, ты скажешь, постоянно. Но, нет, к сожалению, не все девушки в этой школе могут по достоинству оценить преимущества такого друга, как я.
Я улыбаюсь и откидываю назад голову. Господи, это очень странный парень.
— Какие они глупые, — хватаясь за руку Хэрри, отрезаю я, — ничего не понимают!
— Вот и я так считаю. Я даже как-то раз сказал об этом Молли Чемберс.
— И как она отреагировала?
Хэйдан приподнимает руку, будто закрываясь от солнца, и восклицает:
— Молли? Молли? — Он оглядывается и опечаленно пожимает плечами. — Кажется, ей не очень-то это понравилось. Я говорил, что она блондинка? Уверен, все дело в этом.
— Сто процентов.
Я усмехаюсь, и мы медленным шагом направляемся к дому.
— Расскажи о себе, — неожиданно прошу я, поглядывая на парня.
— О себе?
— Ну да.
— Я даже не знаю. — Хэрри смущенно снимает очки и потирает стеклышки.
— Чего ты? Секретничаешь?
— Нет, просто в моей жизни нет ничего интересного. Я всегда был здесь, в Астерии.
— Это плохо?
— Это жутко скучно. — Он смотрит на меня, кривя губы. Глаза у него орехового цвета, очень интересные. Я вдруг отмечаю, что без очков он само очарование. — Люди в Астерии древние, как тачка моего деда — пикап шестьдесят девятого года! Он порхает, но рычит на каждом повороте. Так и жители нашего райского городка. Делают все то же самое, что и жители других городков, но постоянно сетуют и перемалывают косточки.
— Я смотрю, никто не любит это место. — Я глухо усмехаюсь.
— Я не могу сказать, что не люблю его… Я просто живу, и все. Наблюдаю. А люблю я за людьми наблюдать. Пожалуй, это единственное развлечение.
