Разве 50 миллионов долларов, доставшихся в наследство, могут быть лишними?Особенно — для молодого финансиста, срочно нуждающегося в деньгах.Том Клейтон не особенно интересуется, откуда вообще на счету его деда взялась такая сумма.А зря!Потому что на эти деньги претендуют очень опасные люди.А ведь есть еще и полиция, интересующаяся огромным наследством…Том понимает: чтобы заполучить миллионы, ему придется вступить в рискованную игру. В игру, которая может стоить ему жизни…
Посвящается Вивьен
— Пятьсот шестьдесят семь тысяч триста восемьдесят четыре доллара двадцать два цента!
Чтобы перекрыть стоявший на чердаке шум, он прочитал эту сумму громким голосом, глядя в лежавшую перед ним бумагу. Доносившийся из окна шум автомобилей и унылые стенания ветра сливались в неумолчный монотонный гул, характерный для побережья зимнего Лонг-Айленда.
Умер отец, и на душе у сорокалетнего Тома Клейтона было тоскливо. В голову пришла мысль, что они с отцом слишком мало общались в последнее время, но Том, дабы не усугублять свое мрачное состояние, поторопился ее отогнать. Все произошло неожиданно. Отец, казалось бы, отлично себя чувствовал и с энтузиазмом обсуждал перспективы выхода на пенсию после исполненной праведных трудов жизни, и вдруг он был найден мертвым в своих апартаментах при Колумбийском университете в прошлый вторник, в семь часов вечера.
Церебральная эмболия, сказали врачи.
Часы показывали два ночи, когда Тому в Лондон с печальным известием позвонил декан факультета, где преподавал Майкл Клейтон. А меньше чем через неделю завершились все хлопоты, связанные со смертью отца, и его похоронили. Кэролайн и дети вернулись домой, а Том остался, чтобы, по его словам, «привести в порядок дела», но на самом деле хотел побыть несколько дней наедине со своими мыслями. Похороны, проходившие на загородном кладбище, посетило довольно много народу: значительная часть родственников, включая дальних кузенов отца из Бостона и родичей его матери из Огайо, студенты и преподаватели Колумбийского университета, бывшие коллеги Майкла Клейтона с прежнего места работы в Кембридже и несколько незнакомцев, одетых в костюмы от Армани и приехавших в роскошных лимузинах. На похоронах также присутствовала младшая сестра Тома, Тесса, чья семья стала для него отныне самой близкой и родной в Америке. Тесса приехала с Манхэттена с мужем и детьми вся в слезах и находилась в сильной депрессии, так как у нее с отцом сложились исключительно близкие и доверительные отношения. Том догадывался, что боль утраты будет преследовать сестру даже дольше, чем его самого.
Тесса заезжала в дом отца трижды на неделе. И дважды ей приходилось выпроваживать незваных риелторов — нахрапистых молодых людей, чьи соболезнования не могли скрыть жадного блеска в глазах. Ничего удивительного: дома на набережной Саутгемптона оказываются на рынке не каждый день. Впрочем, Том очень надеялся, что дом отца не поступит в продажу хотя бы еще какое-то время. После похорон Том в полном одиночестве остался в отчем доме на уик-энд, а рано утром отправился на пляж, где вспоминал далекое детство. Он бросал в океанские волны гальку и лежал на песке, покрывавшем прибрежные дюны, глядя в обложенное тучами небо над головой. И молился о чуде.
Вернувшись в дом, он некоторое время исследовал взглядом обстановку, стараясь думать не о том, сколько все это стоит, а о сбережении доставшегося ему наследства. Многие вещи здесь принадлежали еще его дедушке; отец добавил к ним в основном картины и книги. Значительная часть библиотеки представляла собой ценные старинные манускрипты, философские труды на древнегреческом, привезенные отцом из ежегодных странствий по миру, в которые он все чаще пускался после смерти матери Тома.
Поскольку Тесса не возражала — у нее имелись собственные средства, не говоря уже о состоянии мужа, относившегося к элите Уолл-стрит, — Том намеревался сохранить дом на острове. Хотя бы по той причине, чтобы его англизированные дети не утратили окончательно контакт с Америкой. Да и сам Том, женившись на Кэролайн, чувствовал, что все больше укореняется в Англии, и потеря отцовского дома казалась ему сродни потере национальной идентичности. Однако дом этот у него, вполне возможно, заберут.
Том вновь сосредоточил внимание на бумаге, которую держал в руке. Его внимание привлекли не цифры — хотя упоминание о сумме, превышающей полмиллиона долларов, трудно игнорировать, где бы она ни встретилась, — но дата: 30 июня 1944 года.
Дело в том, что спустя месяц дедушка умер. А полмиллиона долларов полвека назад эквивалентны нынешним пяти миллионам. Уж это Том как финансист мог сказать сразу, даже не прибегая к калькулятору.
Но более всего его заинтересовал документ, в котором данная сумма фигурировала. Он представлял собой официальную выписку со счета «Юнайтед кредит банк», Банхофштрассе, Цюрих, Швейцария. Из этого документа следовало, что держателем счета является Патрик С. Клейтон, 650 В, Десятая улица, Нью-Йорк, США.
