Норьега решил начать атаку с массированного минометного обстрела дома. Если повезет, они накроют Моралеса прямо в его гнездышке, однако слишком большие надежды на это калийский наркобарон не возлагал. В качестве мобильного ударного средства атаки Норьега избрал свой огромный бронированный «Мерседес-600». Шести его боевикам предстояло протаранить на этом стальном монстре ворота, прорваться к дому и забросать то, что осталось от виллы после минометного обстрела, ручными гранатами. Затем, поливая все вокруг автоматным огнем, они должны были прочесать развалины, разыскать труп Моралеса и сообщить об этом Норьеге. Тот собирался лично возглавить атаку на лагерь. Три небольшие группы его людей нападут на фабрику и возьмут под контроль складские помещения. Он же во главе самого большого отряда численностью сто человек при одном миномете захватит взлетно-посадочную полосу и находящиеся там строения, где Моралес складировал запасы кокаина, составлявшие, по подсчетам Норьеги, не менее двух тонн. Это будет его трофей, который он доставит под своим личным присмотром в Кали. Норьега не хотел подвергать своих людей ненужному искушению.
Первый взрыв мины, выпущенной из тяжелого миномета, швырнул Роблеса и Моралеса на землю. Как ни странно, оба при этом уцелели. Джулио, контуженный взрывом, но не получивший никаких других повреждений, рухнул на дно выкопанной им ямы. Моралеса, раненного мелкими осколками металла, отбросило к краю той же самой ямы, но он, в отличие от Роблеса, сознания не потерял. И слышал, как рвались мины в лагере и около взлетно-посадочной полосы. Его люди, не понимая природы взрывов и не зная, откуда на них сыплются раскаленные осколки металла, бестолково носились по территории, словно лишившиеся наседки цыплята.
Неожиданно минометный огонь прекратился и в дело вступили автоматы.
Легко раненный Моралес вскочил на ноги и побежал к своим людям, на ходу выкрикивая команды. Его голос звучал столь авторитетно, а команды были столь разумными, что защитники виллы воспрянули духом и ощутили в себе силы к сопротивлению. Однако окружившие поместье враги косили их из кустарника прицельным автоматным огнем, медельинцы же могли отстреливаться, ориентируясь лишь по звуку и вспышкам выстрелов. Потерявший оружие Моралес нагнулся, поднял с земли полуавтоматический пистолет, выпавший из руки раненого бойца, и, осознав, что сопротивление бесполезно, устремился в лесную чащу.
Там, среди деревьев, его и увидел Норьега. Поначалу тот не поверил своим глазам, так как считал, что Моралес находится на вилле. Но он слишком хорошо знал своего старого врага и после секундного замешательства выпустил в его направлении весь магазин. Моралес, однако, так ловко маскировался и укрывался среди деревьев, что Норьега не мог разобраться, подстрелил ли он своего противника. Взяв несколько человек, Норьега отправился на его поиски.
Моралес слышал шаги преследователей и продирался сквозь кустарник напрямик, словно дикий зверь. Он направлялся к вершине холма, так как знал, что, перевалив через нее, окажется на куда более удобной для передвижения местности. На другой стороне холма меньше зарослей и больше валунов, за которыми легко прятаться, а у подножия течет река. Если он доберется до нее раньше преследователей, то сможет ускользнуть от них и в один прекрасный день снова начать борьбу с ненавистным Норьегой.
Преследователи, судя по громкому треску кустарника, догоняли его, и Моралес, на секунду остановившись, выпустил в их направлении шесть пуль подряд. Кто-то вскрикнул. Это ободрило Моралеса, и он с новыми силами устремился вверх по склону. Пули свистели и пронзали растительность вокруг него, но наркобарон не сомневался, что его выстрелы поубавили прыти у преследователей и теперь они движутся медленнее и с оглядкой, позволяя Моралесу выигрывать в этом соревновании драгоценные ярды пространства. Скоро растительность поредела, он выскочил из зарослей и понял, что достиг вершины. Выпустив в преследователей последние оставшиеся в магазине пули, Моралес отбросил ненужное уже оружие и помчался вниз с холма к реке, игнорируя боль в раненой ноге.