— Ты их знаешь. Песни австралийских аборигенов, устные легенды индейцев чероки, походы, рыбалка, греческие мифы, краткая этнография карибских индейцев. Прэнтис был настоящим человеком эпохи Возрождения. Он написал три буклета и несколько статей конкретно об Аппалачской Тропе. Определенно Великий П явился тем кто в двадцатых вернул к жизни эту дорогу.
Да? Мекка для туристов и путешественников, Аппалачская Тропа начиналась у горы Катадин в Мэне и пролегала вдоль хребта Аппалачей до Спринджер-Маунтин в Джорджии. Большая часть тропы проходит по Грейт-Смоуки-Маунтин, включая и округ Суэйн.
— Ты еще здесь?
— Да. А Дэшвуд бывал здесь, в Северной Каролине?
— Он написал пять книг про Грэйт-Смоуки.
Я услышала как она шуршит бумагой.
— Деревья. Цветы. Фауна. Фольклор. Геология.
Я вспомнила рассказ Энни о поездке в Вест Вайкомб, и вспомнила подземные пещеры под лесным домом. Мог ли человек, о котором говорила Энни быть Прэнтисом Дэшвудом из округа Суэйн, Северная Каролина? Это звучное имя. Была ли здесь связь с британскими Дэшвудами?
— Что еще ты узнала о Дэшвуде?
— Больше ничего. Но могу добавить, что дядюшку Фрэнсиса оголтелая толпа повесила в 18 веке. Они себя называли «Медменхэмские монахи». Послушай-ка имена — лорд Сэндвич, тот который командовал королевским флотом, Джон Уилкс…
— Политик?
— Ага. Уильям Хоггард, художник. Еще поэты — Пол Уайтхед, Чарльз Черчилль, Роберт Ллойд.
— Впечатляет.
— А то! Все они были членами Палаты Лордов или Парламента. И поэты и кто угодно. Даже наш Бэн Франклин время от времени упоминается, хоть он и не был никаким членом.
— А чем они занимались?
— По некоторым данным они были приверженцами сатанизма. Согласно тому что написано сэром Фрэнсисом в буклете который мы купили, монахи были просто весельчаками, которые собирались чтобы почитать своих богов — Венеру и Бахуса. Я это понимаю как веселье с бабами и вином.
— Они в пещерах проводили свои оргии?
— И в Медменхэмском аббатстве. Современный сэр Фрэнсис признает сексуальные шалости своего предка, но отрицает его связь с дьявольщиной. Он полагает что все эти слухи о сатанизме пошли от того что эти ребята не очень-то почитали христианство. Они также называли себя "рыцарями святого Фрэнсиса", например.
Я услышала как она откусила яблоко и начала жевать.
— А все остальные называли их «Братство геенны огненной».
Меня словно молотком в лоб ударило.
— Как ты сказала?
— «Братство геенны огненной». Ирландия, 30-40-е годы 18 века. Похожие дела: привилегированное членство, монашество, пьянки-гулянки.
Энни снова откусила яблоко.
— Были попытки прикрыть эти секты, но не очень-то получилось. Когда Дэшвуд собрал свою группу приверженцев, название о геенне огненной изменили.
Геенна огненная! Это же H&F.[62]
Я нервно сглотнула.
— Сколько страниц в этом буклете?
— 34.
— Ты можешь мне переслать копию?
— Конечно. Скопирую по две страницы на лист.
Я дала ей номер факса и вернулась к отчету, отчаянно пытаясь сконцентрироваться. Через несколько минут факс звякнул, пискнул, грюкнул и начал выплевывать страницы. Я осталась сидеть над отчетом о травмах Эдны Фарелл. Через какое-то время факс повторил всю процедуру по-новой. И снова я еле сдержала порыв рвануть к нему и собрать присланные листы.
Когда закончила отчет по Фарелл, я начала писать следующий, но в голове роились миллион других мыслей. Я очень старалась сфокусироваться на работе, но перед глазами стояли совсем другие картинки.
Примроуз Хоббз, Паркер Дэвенпорт, Прэнтис Дэшвуд, сэр Фрэнсис, «Братство геенны огненной», H&F. Есть ли связь? Доказательств все больше. Должна быть связь!
Возродил ли Прэнтис Дэшвуд идею секты своего предка здесь в горах Каролины? Были ли ее члены больше чем просто любители? И насколько? Я мысленно посмотрела на порезы оставленные на бедренных костях.
В четыре пришел охранник и сообщил что один из помощников шерифа заболел, а другой застрял с лабораторной машиной. Кроу шлет свои извинения, но он ей нужен на месте преступления. Я заверила его что со мной все будет в порядке.
Я работала, тишина в пустом морге была словно живое существо, и только тихо урчал холодильник. Я слышала как бьется мое сердце почти в такт с клацаньем клавиш клавиатуры. Снаружи в окна скреблись ветви деревьев. Вот послышался гудок поезда.
Собачий лай донесся издалека. Стрекотание сверчка и кваканье лягушек. Никаких автомобильных сигналов, никакого шума автострады. Ни одного живого человека вокруг.
Моя нервная система поддерживала адреналин на высоком уровне. Я периодически делала ошибки, подскакивала от каждого шелеста или скрежета. И вот уже в сотый раз я пожелала чтобы Бойд сейчас был со мной.
К семи я управилась с отчетами по Оделлу, Фареллу, Трамперу и Адамсу. Глаза у меня горели, спина ныла, а головная боль говорила о том что уровень сахара в моей крови упал ниже некуда. Я скопировала все на диск, закрыла ноутбук и пошла, наконец, к факсу.
