С каждой минутой мой энтузиазм гас, а подозрение росло. Я нажала на несколько кнопок так, чтобы он не видел, проделав это левой рукой, так как в правой был пистолет, после чего стала прогонять информацию, полученную при помощи компьютера у дверей, через городской банк данных о населении.
— Я хочу знать, на кого работаю, — сказала я.
Ему не понравились мои слова, и он лишь молча посмотрел на меня в ответ.
— Если не скажете, кто вы, я не буду работать на вас, — промолвила я.
Он помедлил, а затем сдался:
— Хорошо, — сказал парень, — меня зовут Вант, Джо Ванг.
Я кивнула и взглянула на один из выдвижных экранов стола.
Его имя — Заратруштра Пикенс. Если исчислять возраст по земному времени, то ему без одного месяца девятнадцать лет. Родился на Прометее.
Когда ему исполнилось шестнадцать лет, он прилетел в нашу Систему, вероятно, с целью найти работу в казино, но это лишь мое предположение. Зар сменил несколько мест. Последнее время он работал на городских фильтровальных станциях, занимался очисткой фильтров от псевдопланктона. Неделю назад его уволили в связи с установлением специальной очистительной машины.
Когда я была еще девочкой, на подобных сооружениях устанавливали такие машины, но им ни разу не удавалось качественно выполнить свою работу. Рано или поздно псевдопланктон попадал в очистительные устройства точно так же, как во все, что находилось рядом с водой, и заполнял их.
Машины, которые нельзя было забить псевдопланктоном, дороже человеческого труда. А организм, способный изменить ситуацию, стоил бы еще больше и мог оказаться опасным, потому что вся планета живет и дышит за счет псевдопланктона. Это единственный источник кислорода на Эпиметее.
К тому же он имеет мельчайшие размеры, меньше, чем микроорганизмы, которые обитают на Земле, поэтому создать противоядие практически невозможно.
Я подумала, что Зар Пикенс через несколько дней снова получит свою работу, поэтому его временный статус безработного не внушал мне опасений.
— Хорошо, мистер Ванг, — сказала я, — чем я могу быть вам полезна?
Он снова занервничал.
— Это касается не совсем меня, — ответил он, — то есть, не только меня.
Мне надоела его нерешительность.
— Ладно, — предложила я, — расскажите обо всем, ведь вам есть, что сказать, но только давайте начнем, хорошо?
Немного помедлив, парень начал говорить:
— Я живу у самой стены кратера, в конце Уэст-Энда. Вы же знаете, что это очень дешево?
Дешево, черт побери, а может, и вообще бесплатно. Во всяком случае, там уже брошено с десяток домов. Даже несколько на Хуаресе. Хозяева считают, что нет смысла ремонтировать и содержать эти дома, когда Солнце уже над горизонтом.
Они просто разбирали верхние этажи. А если здание совсем не соответствовало даже минимальным стандартам, то при увеличении жалоб сносили его — «деловой подход», учитывая ситуацию на Эгашетее.
Не знаю, были ли у Пикенса особые на то причины, чтобы прийти ко мне, но он поступил правильно, так как компьютерные сети в Уэст-Энде, мягко выражаясь, ненадежны.
Я ничего не сказала, лишь кивнула. Пикенс тоже кивнул.
— Поэтому я никогда не жаловался. Никто у нас не жаловался. Нас там немного живет. И мы никого не трогаем. Вы понимаете?
Я снова кивнула. Люди и раньше незаконно вселялись в дома, это не ново. Так происходило на самых окраинах и в пещерах стены кратера, когда я была еще совсем девчонкой. Но за последние годы они продвинулись дальше, вглубь, особенно на западе.
— Все шло хорошо, — сказал Пикенс, — пока две недели назад к нам не пришел один тип с верзилой за спиной и не заявил, что он служит у нового владельца домов, и что плата поднимается, поэтому мы или платим, или убираемся.
Я откинулась на спинку стула и положила пистолет в кобуру. Все начинало казаться интересным, а, может быть, глупым. Вероятно, это мошенничество. Это настолько очевидно, что должно быть понятно даже ребенку. Я положила руки за голову и спросила:
— Новый владелец?
— Он так сказал.
Я кивнула.
— Продолжайте.
Пикенс пожал плечами.
— По-моему, это все.
— Что вы хотите от меня?
С минуту он казался растерянным, затем воскликнул:
— Нет, а как вы думаете, Хсинг? Конечно, мы хотим отделаться от этого парня!
Его голос стал резким и пронзительным.
— О каком новом владельце может идти речь? Кто покупает Уэст-Энд? Солнце всходит! Никто не собирался покупать землю в Уэст-Энде, откуда взялся новый владелец? Мы думали, что он мошенник, но когда справились о нем в городской администрации, оказалось, что он действовал на законных правах, поэтому мы не можем обратиться в полицию. Если мы его просто уберем, то этот чертов владелец пришлет другого. Нужен кто-нибудь, чтобы разобраться в этом деле, потому что нам некуда больше идти и мы не можем заплатить такую сумму.
Пикенс так разволновался, что чуть было не вскочил с дивана. Я выпрямилась и опустила руки.
— Тогда как же вы собираетесь платить мне? — спросила я, снова вытащив пистолет и держа его под столом.
Мой вопрос заставил его замолчать, а ведь он еще не видел оружия. Парень снова заерзал и откинулся на спинку дивана.
