ПАТРИСИЯ размышляла, как она оказалась распластанной на огромной
кровати Нико, тем временем он, опустившись на колени, мягко раздвинул ее
лодыжки. Ещё она раздумывала, на кой ляд позволила привязать свои руки к
столбикам кровати мягким шелковым шарфом.
Нико был прекрасен: полностью обнаженный, налитые мускулы, член, твердый и влекущий. Постель заполнена совершенными перьями, которыми он ее
щекочет, касается между ног.
Вспомнилось то, как он чувствовался у нее во рту, как мастурбировал. Она
мысленно вернулась к тому моменту, когда обхватывала его яйца, и вокруг
пальцев обвивались волоски, воспроизвела в памяти восхитительную длину члена
Нико и то, каков он на вкус.
Гладкий.
Горячий.
Как
расплавленный
шоколад.
Эта мысль привела к фантазии о том, как она покрывает его член этим самым
расплавленным шоколадом и слизывает его.
- M-м-м. – Патрисия извивалась в кровати, наслаждаясь ощущением
простыней под голой попкой, гладким шелком вокруг запястий.
Ее ноги были широко разведены, плоть гладил прохладный воздух. Она
приподняла одну ногу, лаская его спину и наслаждаясь ощущением гладкой
теплоты под пяткой.
- Вот так, любимая, - прошептал Нико. - Чувствуй меня.
- А я ничего и не ощущаю, за исключением тебя.
- Отлично.
Ее лоно плавилось и жаждало быть наполненным. Патрисия потянулась к
нему было, однако короткие шелковые путы не позволили, и она расстроено
захныкала.
Может, Нико сжалится и развяжет руки? Нет, он, не дотрагиваясь руками, ласкает ее перьями.
- Я собираюсь кончить, - всхлипнула она. - Хочу на себе твой рот.
Пожалуйста.
- Ты уверена? – спросил Нико-мучитель.
- Да. Пожалуйста.
Он улыбнулся, перья все еще потирали ее, щекотали, поддразнивали. И
только она решила, что уже слишком поздно, как мужчина наклонился и припал
к ней губами. Нико, покусывая и поддразнивая, лизал шишечку, потом
протолкнул язык прямо в неё.
Патрисия, сходя с ума, дергалась в путах, ноги беспорядочно двигались.
Прижимаясь к его восхитительному рту лоном, она, вскрикивая, кончала раз за
разом, а его язык продолжал мучить ее, потирать и посасывать.
Нико удерживал Патрисию за бедра, когда она скорчилась в последний раз, потом сдвинул их вместе.
- Спасибо, - выдохнула она, падая на простыни, на нее все еще накатывали
волны оргазма.
Нико засмеялся, голос его был невероятно греховным. Он поднялся: волосы
перепутаны, в глазах горит загадочный огонь. Этот мужчина не человек –
доказательство тому - постель, полная перьев, - и пламя в нем иное. Сильное, безрассудно-опасное. Похожее на умилительную молнию.
- Ты прекрасна, Патрисия, - прошептал он. – А на вкус подобна амброзии.
- Благодарю, - пробормотала она в ответ. Или подумала, что пробормотала.
После оргазма ею овладела такая слабость, что девушка провалилась в самый
крепкий после секса сон, который у нее когда-либо был.
Когда она проснулась, руки уже были развязаны, а тело укрыто простыней.
В ванной мерно барабанил душ, ночник бросал маленький кружок света на
постель.
А возле кровати, прислонившись к столбику и улыбаясь ей во весь рот, стоял Андреас.
ГЛАВА 7
- ТЫ выглядишь удовлетворенной, - заметил ей Андреас.
Патрисия задохнулась и натянула простыню до подбородка.
- Что ты здесь делаешь?
- Вообще-то живу. Это моя кровать. - Он развалился еще небрежней, голубые глаза проследили контуры под простыней.
- Который час? – спросила Патрисия.
- Около четырех. Клуб только что закрылся.
- Ой, блин. Мне срочно нужно домой. - Патрисия начала было садиться, да
вовремя спохватилась, что совершенно обнажена, и прижала простыню покрепче.
- Уверен, Нико будет счастлив, если ты останешься, - сказал Андреас.
- А что насчет тебя? Ты будешь рад?
- О да. - Его взгляд стал хищным. - Думаю, что буду.
- Я пошутила.
- А я нет.
Она окинула взглядом мощное тело в джинсах и футболке с логотипом
«Андрэ» на груди. Тут до Патрисии дошло, что отпечаток лапы указывает на него.
На его
- Если тебе нужна постель,.. - начала Патрисия, надеясь, что он поймет
намек и уйдет, чтобы женщина могла переодеться.
- Да не очень. На крайний случай наверху есть вторая спальня.
Она удивленно воззрилась на него.
- Вы с Нико спите здесь вместе?
- Ага. - Он пожал плечами. – А что? Кровать-то огромная.
При мысли о двух больших, мускулистых телах, заполнивших кровать, во
рту пересохло.
- Да ничего. Просто это…
- Я провел рядом с Нико более двух тысяч лет. Бывали времена, когда
нужно было сохранить тепло и защититься, и возникала необходимость делить
ложе. Но это не значит, что мы каждую ночь вместе ложимся спать. И у нас всегда
есть определенные общие дела.
- Найти надпись. Бороться с дионами.
- Что-то вроде того.
Патрисия подтянула к груди колени и обхватила их руками.
