– Мосс, это я. Перед отъездом я дала поручение искать мужчину в противогазе среди коллекционеров старых военных противогазов. Еще раз перечитайте показания всех людей, на кого он напал. Джейсон сказал, что чувствовал какой-то странный металлический запах. Проверьте, упоминали ли этот запах остальные жертвы. Противогаз мог быть напичкан салфетками или тканью, пропитанной амилнитритом. Он вызывает сексуальное возбуждение. Стоит присмотреться и к товарам для садо-мазо. Когда мы идентифицируем тип противогаза, можно будет прорабатывать поставщиков… Не знаю пока, какое отношение это все имеет к Мариссе, но мы хотя бы сможем понять, кто этот человек. В общем… надеюсь, у вас все хорошо.
Эрика повесила трубку с чувством, что следствие идет где-то в другой галактике.
Следующим утром Мосс сидела в кухне со стеклянным взглядом и ела хлопья. Вбежал Джейкоб и начал играть на гитаре песню собственного сочинения. Когда же он запел, Мосс потребовала тишины. Джейкоб, не привыкший к такому обращению, заплакал.
– У мамочки сегодня голова болит. Отложи пока гитару, оденься, а я тебе приготовлю горячий шоколад, – сказала ему Силия.
– Ты же хотела, чтобы я сочинил для тебя песню! Вчера ты сама меня попросила, и вот я сочинил…
– Мне просто нужно побыть в тишине сейчас, – выпалила Мосс.
Силия вывела Джейкоба из кухни и вернулась несколько минут спустя.
– Не надо приучать его к горячему шоколаду на ежедневной основе, – буркнула Мосс.
– Он же только в Рождество его пьет.
– Да, только послезавтра уже Новый год. Значит, он его пьет уже десять дней.
– Ты уверена, что недовольна именно горячим шоколадом? Или ты выплескиваешь на него и на меня свои рабочие неприятности?
– У меня нет неприятностей на работе! – возразила Мосс, вставая и выливая половину хлопьев в раковину. – Мне просто нужно время подумать. Ты не представляешь себе, какое это сложное дело. А здесь столько шума.
– У нас в доме пятилетний ребенок. Ты вчера говорила ему, что очень хочешь, чтобы он написал тебе песню. А на самом деле ты просто хотела от него отделаться!
Раздался звонок – звонил Питерсон.
– Мы нашли Дона Уолпола. Позавчера его жене стало плохо, сейчас он с ней в больнице Университетского колледжа. Это нам сообщили по системе распознавания номеров.
– Отлично. Сможешь меня туда отвезти?
Мосс положила трубку и вышла из кухни, а через несколько секунд Силия услышала, как хлопнула входная дверь.
– Прекрасно. Не успела она стать и.о., как я уже просто обслуживающий персонал. Ни «до свидания», ни поцелуя на прощанье.
– Я тебя поцелую, мамочка, – сказал Джейкоб, входя в комнату с гитарой в руках.
Мосс и Питерсон приехали в больницу в начале десятого. Джанет Уолпол лежала в нефрологическом отделении, и им пришлось узнавать на ресепшене, как туда пройти.
– Нефрология – это же почки, да? – спросил Питерсон, когда они зашли в лифт.
Мосс кивнула.
– У тебя все с собой? Документы, набор?
Он кивнул, демонстрируя толстую папку. Под набором имелся в виду ДНК-тест.
– У тебя все нормально? – спросил он, глядя на ее напряженное лицо.
– Поссорилась сегодня с Силией и наорала на Джейкоба, когда он шумел.
– А мне нравится шум, нравится, что в доме ребенок.
Питерсон достал свой телефон, провел по экрану и продемонстрировал Мосс видео, на котором Кайл барабанил по кастрюлям и сковородкам. Он сидел на полу в простыне, изображавшей плащ супергероя, и стучал деревянной ложкой по расставленным в ряд перевернутым кастрюлям.
– Очень мелодично, – сказала Мосс, почти не отрывая глаз от лифтового дисплея, на котором мелькали номера этажей. Лифт остановился, и внутрь ввезли длинный металлический контейнер, в котором, как они с Питерсоном прекрасно знали, находился труп. – Как вообще дела?
– Хорошо, даже отлично. Они поживут со мной, пока мы не решим, что делать дальше, – сказал он.
– Я так понимаю, ты хочешь, чтобы они остались.
– Да.
– Ты говорил с Эрикой?
– Я решил, что у нее и так сейчас много забот со свекром, поэтому лучше скажу ей при личной встрече, когда она вернется.
– Главное – не затягивай, не давай ранам гноиться. Хотя, мне кажется, она сама это делает в большей степени.
– У меня еще есть видео, где Кайл поет, – гордо сказал Питерсон и принялся искать нужный файл.
– Джеймс, давай потом. У нас тут дело.
Двери лифта открылись, и они боком пробрались мимо длинного контейнера, направляющегося в морг. Мосс и Питерсон вышли и оказались перед запертыми дверями нефрологического отделения. Мосс пыталась что-то рассмотреть через стекло.
– Никого не вижу. И звонка нет, – она принялась стучать ладонью по стеклу. – Эй! Эй!
– Мосс, да успокойся ты!
– Ну, не часами же здесь стоять!
В конце коридора появилась медсестра и пошла к ним.
– Видишь – расслабляемся, и все разруливается.
Мосс кивнула и сделала пару глубоких вдохов.
– Я буду рада, если ДНК совпадет и Дон Уолпол окажется убийцей. Тогда можно будет закрыть дело и вернуться на мою любимую должность.
Медсестра открыла дверь, и они предъявили удостоверения. Она отвела их в палату в конце коридора.
– Миссис Уолпол лежит здесь, – сказала она, открывая дверь.
