Чудесно. Учитывая результат, можно сразу отказываться.
— И ты все равно хочешь попытаться? Серьезно? После стольких лет, после безумия твоего мужа, его смерти и кучи загубленных жизней, ты хочешь снова попробовать? Чужими руками не так страшно? Или, стоя рядом на подстраховке, просто сможешь убить меня, если что-то пойдет не так? Вот, кстати, а в этом случае энергия куда денется? Будет прямой прорыв вихря? Или у тебя есть резервный план, как его удержать, не угробив мир?
Конечно, есть. Она слишком умна и очень долго готовилась. У нее есть планы на все случаи отклонений от основной цели. Остается лишь надеется, что мне удастся выйти за границы предполагаемых возможностей.
— Стоять и наблюдать совсем не проще, Афия. Но ты права, так я смогу контролировать процесс и прервать его до того, как все полетит к Абсолютам. Однако не думай, что я отправлю тебя на съедение Юте без должной подготовки. Новый год наступил совсем недавно. У нас есть время для подготовки. Я не планировала проводить опыт раньше следующего года. Чтобы удержать вихрь, охранники должны быть свежими.
Год. Хотя бы сроки теперь понятны. Значит, ей нужно заставить меня принять силу Ивара в ближайшее время, чтобы тренировки пошли на пользу. Работа с частичками Абсолютов довольно сложна. Пусть даже у меня имеется определенный опыт. На уговоры она вряд ли отведет больше месяца. А возможно, и меньше. Возьмем три недели. За этот срок мне нужно придумать выход. Не самый плохой расклад.
— К тому же... — взгляд колдуньи затуманился. — Ты уже делала нечто подобное. Для своего сына. Пусть не в таких масштабах, но опыт есть. А это составляет главную основу успеха и моих расчетов.
Вот мы и добрались до самого интересного. Для меня, конечно.
— Откуда ты знаешь, что я подпитывала Анджея? — добавляю в голос тщательно отмеренное недоверие и подозрительность.
Она снова улыбается, но слегка рассеянно. Явно думает о чем-то другом.
— Ты забываешь, что именно я контролировала эксперимент. Все твои привязки создавались с моей помощью. Особенно связь с сыном.
— Привязка на верность тоже?
Что еще она со мной сотворила? О чем я не знаю? И удалось ли мне избавиться от всех последствий ее работы?
Иза пожимает плечами.
— Здесь твой супруг оказался весьма настойчивым, а я не видела смысла ему отказывать. В целом это тоже был... полезный опыт. Тем более ты избавилась от нее. И я даже не стану спрашивать с кем и как. Твое дело.
Какая деликатность... Так и тянет отблагодарить. Например, нос сломать. Или челюсть. Хотя нет... Тогда ответов от нее не дождешься, а так... Пусть рассказывает. Столько интересного всплывает.
— Что ты хотела сделать с моим сыном?
Информация важнее эмоций. Злость я загоняю поглубже. Для нее еще придет время. Вариант с избавлением от княгини становится все более привлекательным. Даже риски не пугают. Разберусь как-нибудь.
— У него сильный природный дар. Обычно с детьми сложно понять, кем они станут. Маги, колдуны. Деление происходит позже. Также как и склонность к Абсолюту. Обычно она проявляется ближе годам к десяти. Не раньше. Даже позже. Срок от десяти до восемнадцати считается самым стандартным. Но Анджей родился темным. И колдуном. Очень сильным колдуном. Сильнее меня. Потенциально. Сильнее Гипноса, которого изуродовали в угоду общим интересам.
— И каков же его дар?
Пока все соответствует моим собственным выкладкам. Радует, что я не ошиблась. А вот пауза, которую старательно держит хозяйка замка, выводит из себя.
— Эмпатия. Но, как ты понимаешь, у темных все непросто...
Делаю глубокий вдох. И медленно выдыхаю. Порциями. Сердце стучит также ровно. Удивления нет. Только усталость камнем ложится на плечи. Я ведь подозревала нечто подобное. Не отдавала себе отчет, но все равно...
Каждый темный дар изначально извращен. Ферда может контролировать сознание, но сама совершенно безумна. Чума создает болезни — противоположность исцелению Илея. Морлаон хорош в создании бурь, землетрясений и цунами. Жерар — отличный оружейник. Шайен — алхимик, но ее истинная любовь — яды. Дана своим голосом способна поднять мертвых. А на что способен темный эмпат?
Так или иначе, мы все питаемся чужими эмоциями. Выбираем те, что больше нравятся, и выпиваем их. Но эмпат способен не только считывать, но и внушать. Это не контроль разума. Не иллюзии. И не гипноз. Не флирт, и даже не привычная темным игра на чужих страстях и желаниях. Он сможет внушить другим именно то, что захочет почувствовать. Ненависть. Желание. Преклонение. Дикий коктейль, который сведет с ума любого.
Я уже вижу толпу, которая по одному его жесту будет способна фанатично броситься с обрыва или возвести ему храм. Он не станет заботиться о чувствах других. Нет. Все желания темного всегда направлены только на себя. И чужие эмоции он будет искривлять так, как ему нужно. Искренность? Зачем она темному? Внушенная любовь ничуть не хуже.
— Какой дар был у Ивара? — спрашиваю только для того, чтобы разрушить тишину, которая становится чересчур напряженной.
