Таинственные события разворачиваются в Диссе – столице Давора. После неудачного покушения на жизнь короля заговорщики готовят новый удар. Канцлер Оквус намерен занять трон, и только тайная служба курсоров во главе с Долимаром может помешать этому. Во враждебном Кразоре тоже ведётся борьба между высшими сановниками: прим-паладин бросает вызов верховному епископу. Но внутренние противостояния не мешают церковникам направить свою армию к границе Давора. На острове Солх главный маг Фэндал жаждет заполучить загадочный артефакт и вернуть к жизни древнее божество. Однако у отправленного на поиски мейра Вальдена свои планы.
В оформлении обложки использована работа автора Alla Nour, выполненная на заказ.
https://vk.com/wall261458399_641
«Когда безумство королей
Затопит кровью города,
Распалит жертвенный костер
В угоду призрачным богам.
Из тьмы веков явится то,
Что мир пожрет огнем чумы,
Закрутит смерти хоровод,
И вековая ночь придет.
Спаситель будет глух и слеп
К мольбам сжираемых тленом душ.
И замки превратятся в склеп.
Свет тьме уступит наконец».
Пророчество Тьюссалей
Разбойники атаковали стремительно. Они знали, что мэйрам нельзя было давать ни малейшего шанса. Первые стрелы и дротики отклонили защитные заклинания, но за ними тут же последовали новые. Всполошившиеся мэйры могли без особого труда отбить и их, но к ним уже бежали вооруженные люди, быстро сокращая разделяющее их расстояние. Завязалась рукопашная, больше напоминавшая бойню. Обстрел прекратился за мгновение до этого.
Пока нападавшие хладнокровно добивали охрану, Кэрик прошел рядом и сел прямо на черный песок, лицом к густой и подрагивающей серой пелене. За спиной Кэрика все быстро стихло, но главарь, заранее уверенный в исходе драки, даже не обратил на это внимания. Он терпеливо ждал, отстранившись от внешнего мира, и внимательно прислушивался к своим внутренним ощущениям. Расчеты старого мэйра во времени оказались пугающе верны. Недаром он несколько раз повторил Кэрику, когда и где тот должен оказаться для встречи беглеца. Расстояние было одним из главных условий для срабатывания его дара. Вернее, тех крох, что он получил от сделки с мэйром в качестве аванса. Как только беглец достаточно приблизился к границе Мертвого Леса, Кэрик тут же почувствовал свой дар прикосновения, безошибочно направленный на сознание беглеца. Он с жадностью бросился своим разумом вперед, словно изголодавшаяся собака на кость, забыв о всякой предосторожности. И вскоре поплатился за это…
Погоня приближалась.
Кэрик почувствовал это сразу, как только коснулся чужого разума. Он не делал этого слишком давно, и напрочь позабыл обо всех хитростях и уловках при использовании своего утраченного дара. Поток чужих видений и, что было гораздо важнее, эмоций захлестнул его, закручивая бешеным водоворотом, словно щепку, попавшую в горную реку. Липкий страх перед настигающей и неминуемой смертью, бездумная сосредоточенность на беге, боль от пораненной стопы, вспыхивающая огнем каждый раз, когда на нее наступали, и отчаянное желание выбраться во что бы то ни стало. Перед глазами мелькали молочно-белые стволы мрако-деревьев. Так быстро, что почти сливались в размытое пятно.
Все это обрушилось на Кэрика за одно мгновение и едва не поглотило его собственное сознание. Мысли, видения, звуки, запахи – их было настолько много, и они были настолько реальны, что Кэрик, испугавшись такой неожиданности, отшатнулся прочь и покинул разум беглеца. Одно он знал теперь точно – солханец был жив, и приближался к выходу. Как и преследовавшая его погоня.
Не открывая глаз, Кэрик поморщился от резкой вспышки боли, прошившей голову, словно раскаленный нож. Он успел позабыть эту боль, щедро сдобренную привкусом собственной крови во рту. Как, впрочем, и все приготовления для использования своего дара. Кэрик досадливо кашлянул, но в глубине души он ликовал – мэйр не обманул его. Это был именно тот дар, которого его лишили когда-то давно и который он уже не надеялся обрести снова. Ну или что-то очень похожее на него. Но и это, если поразмыслить, было гораздо больше, чем ничего.
– Кэрик! – возглас был едва слышен, словно в уши набилась овечья шерсть.
Его поддержали чужие руки, не давая завалиться на бок. Он почувствовал, что его медленно опустили на землю, и открыл глаза. Понадобилось несколько мгновений, чтобы зрение сфокусировалось и окружающий унылый мир снова обрел ясность. Кэрик увидел прямо над собой испуганное лицо Шэйлы, своей правой руки в банде.
– Лекарь… – едва слышно прошептал мужчина пересохшими губами. – Голова…
Над ним тут же склонился еще один человек, молодой, с едва начавшей расти бородкой. Теплая ладонь легла на лоб, и Кэрик почувствовал целительную волну, смывшую без следа пульсирующую боль, которая разрывала голову изнутри. В руке Шэйлы появилась фляжка с водой, к которой он жадно припал и пил, пока не опустошил ее. Женщина попыталась помочь ему встать, но Кэрик отстранил ее руку. Мужчина встал на ноги и выпрямился в полный рост, возвышаясь над замершими вокруг людьми на добрый локоть. Один из лучших в недалеком прошлом наемных убийц Ночной гильдии Давора медленно повел широкими плечами, под стать его росту, и быстро осмотрелся по сторонам, скользнув взглядом по каждому человеку вокруг и подмечая все мелочи. Внешне он сейчас напоминал горного медведя, вылезшего из пещеры. Медленного, но смертельно опасного зверя. Сходство дополняла длинная и густая борода, такая же иссиня-черная, как и шерсть лютого хищника.
