Смертельный груз полностью

Теперь о письме Ле Готье. Буарак станет отрицать, что ему о нем известно, и Ла Туш не представлял себе, как опровергнуть подобное утверждение. Обвинение же легко могло выдвинуть версию, по которой Феликс подкупил одного из клерков, чтобы тот перепечатал для него текст на пишущей машинке из офиса Буарака с целью бросить на управляющего тень подозрения. Если Феликс был виновен, подобная уловка выглядела вполне в духе преступника.

В итоге Ла Туш пришел к окончательному выводу, что по-прежнему не собрал достаточно улик, чтобы обвинить Буарака и оправдать Феликса. Он должен был сработать лучше, чтобы разоблачить лживость алиби. Для этого ему прежде всего необходимо разыскать кучера той повозки.

В ту ночь Ла Тушу не спалось. Было душно, и в воздухе, казалось, витала нервная напряженность. Массы сине-черных туч, сгустившихся в небе на юго-западе, предвещали грозу. Сыщик ворочался в постели с боку на бок, не находя удобной позы, его сознание бодрствовало, мозг активно работал.

Он перебирал в памяти объявления, которые опубликовал Лефарж в поисках возницы. В них обещалось вознаграждение за информацию о личности кучера, доставившего бочку на товарную станцию у рю Кардине. Кто, размышлял он, если учитывать обстоятельства дела, мог откликнуться на подобное объявление? По сути, всего лишь два человека – сам кучер и тот человек, который нанял его. Больше ни одна живая душа не могла ничего знать об этом. Понятно, что наниматель ни в коем случае не пожелает выдать себя, как ничего не расскажет и кучер, если ему хорошо заплатили или еще каким-то образом смогли заставить хранить тайну. Вот почему, заключил Ла Туш, объявления не дали результатов.

И только когда он пришел к столь неутешительному выводу, его осенила блестящая идея. Главная ошибка объявлений состояла в том, что они адресовались не тем людям. Вместо того чтобы обращаться за помощью к кучеру, не лучше ли было бы воззвать к его коллегам, к тем, кто его хорошо знал? Или даже к постоянному работодателю кучера, поскольку было очевидно, что им не мог быть ни Буарак, ни Феликс, возможно, нанявшие повозку для выполнения всего лишь одной поездки. Ла Туш вскочил с постели, включил свет и начал составлять текст своего рода циркулярного письма.

Вот что у него получилось:

Уважаемый сэр!

Невиновному человеку угрожает наказание за якобы совершенное им убийство, и он весьма нуждается в определенной информации. Подобные сведения могут быть предоставлены кучером – чисто выбритым мужчиной с заостренными чертами лица и с седыми волосами. Если среди ваших работников есть (или был до марта сего года) возница с похожей внешностью или вам таковой знаком, настоятельно прошу сообщить мне об этом. Я – частный детектив, представляющий интересы обвиняемого. Гарантирую, что кучеру не грозят никакие проблемы с законом, как и прочие неприятности. Напротив, я готов заплатить 5 франков каждому, кто придет ко мне по указанному ниже адресу в любой день между 20.00 и 22.00, а для того, кто даст мне необходимую информацию, вознаграждение составит 500 франков.

Повторив прием, хорошо сработавший в случае с мадемуазель Ламбер, Ла Туш не стал указывать своего подлинного имени и адреса. Он подписался под письмом как Шарль Эпей, а обратным адресом назвал отель «Арль» на рю де Лион.

На следующее утро он побывал в магазине, торговавшем канцелярскими принадлежностями, где можно было сделать нужное количество копий письма, запечатать их в конверты с пометкой «Конфиденциально» и разослать управляющим всех транспортных предприятий Парижа. Потом отправился на рю де Лион и под именем Шарля Эпея снял номер в отеле «Арль».