Ветер с моря шелестел листвой деревьев, но одна ветка неподалеку шелохнулась сильнее других. Игнат резко поднялся, развернулся лицом в сторону возможной опасности. Из темноты к нему шла Зойка.
— Игнат, ты?
— Ты одна? — прислушиваясь, спросил он.
Вроде никто не шел за ней. Не слышно, не видно, и чутье молчит.
— Нет, ментов за собой привела!.. Конечно, одна!
— А зачем здесь?
— Да подумала, что ты здесь можешь быть.
— Из города уже подъехали?
— Подъехали. Я сразу сюда.
— Сазонов?
— И Сазонов там.
— Пойдем!
Игнат указал ей в сторону от моря, пропустил вперед, а сам пошел сзади — боком, чтобы держать в поле зрения тылы. Сазонов запросто мог пойти за Зойкой. Может, он уже где-то рядом.
— А куда мы? — спросила Зойка.
— Сазонов что говорит?
— Спрашивал, где ты. А потом с ним из поселка связались. Сказали, что ты там кого-то сильно избил.
— Талого искал.
— Я так почему-то и поняла.
— Талый убил. И алиби у него на этот раз точно нет.
— Он признался?
— Нет. Бегает где-то.
— А я вот думаю, что не мог ты Лию убить. А когда ты там бучу в поселке поднял… Не мог ты убить. Не мог!
— Талый это, падла!.. Так, постой! — Игнат остановился как вкопанный.
— Что такое?
— А ведь Талый знал твоего мужа!
— И что?
— Он у вас бывал?
— Ну подъезжал пару раз…
— То есть Талый знает, где ваш дом?
— Знает.
— А там сейчас никто не живет?
— Там ключ в рукомойнике, легко найти. Можешь там пока пожить, — закивала Зойка.
— Спасибо.
— И ко мне заходи, я котлет нажарю, пирожков. Не голодать же тебе!
— Разберемся… Из следователей кто подъехал?
— Телятников.
— Он тоже на меня думает?
— Ну да, говорил, что ты мог. Спрашивал, где ты.
— Искать они тебя будут. Давай обратно!
— Ну да, — останавливаясь, кивнула Зойка.
— Обязательно зайду! — невесело улыбнулся Игнат.
— Да, и девчонки тобой интересовались.
— Какие еще девчонки?
— Оксана, Лена, ты их знаешь.
Игнат уже почти забыл об этих девушках, даже не знал, уехали они или еще нет. Оказалось, что нет.
— Понятно.
— Сказали, что Миша там еще что-то вспомнил.
— Что вспомнил?
— Что-то. Вспомнил. А говорить не хочет. Если тебе надо, скажет, а если нет? Они сегодня после обеда отчаливают.
— Кто они?
— Все, Оксана с Леной и Миша.
— Ясно.
— Ну все, я пошла?
Игнат кивнул, Зойка ушла, и он продолжил путь — вдоль реки против течения. Не так давно в этой стороне он искал пьяного Гену Петелина. Сейчас же он сам в розыске, а настоящий убийца гуляет на свободе. Или все-таки прячется? В доме у Зойки.
Уже давно рассвело, когда Игнат подошел к этому дому. Он не прятал лицо, шел открыто, раскрепощенно. Зашел во двор, сунул руку в умывальник. А ключа нет. И дверь закрыта, но на внутренний запор.
Игнат постучал в дверь, заглянул в окно. Никто не отзывался, и в доме никаких движений. Жуков повернул назад, свернул в проулок, который выходил прямиком к виноградникам. Вроде бы ушел, на самом же деле развернулся, сдал назад и спрятался за куст сирени.
Чутье не обмануло. Дверь открылась, показался Талый, воровато глянул по сторонам и вышел из дома. А со двора убраться не успел. К дому подъехал патрульно-постовой «уазик» с тихо включенной мигалкой. Машина шла, что называется, в режиме лунохода. Но Талого не испугала. Он не стал убегать, так и остался стоять возле калитки.
«Уазик» остановился, из машины вышли Самойленко и Сазонов, старшина что-то спросил у Талого. Его не хватали, руки не заламывали, но объяснения потребовали, он стал говорить, отчаянно жестикулируя. И наконец указал на переулок, в котором скрылся Игнат.
В машину Самойленко садился, глядя на куст сирени, за которым прятался Жуков. И торопился он так, как будто заметил его. Поспешил сесть в машину и Сазонов.
От автомобиля на своих двоих не убежать, но Игната спасла небольшая ширина проулка. Проехать можно было на велосипеде, мотоцикле, но никак не на машине. Игнат был уже в конце проулка, когда Сазонов и Самойленко вышли из машины. Но тем не менее они заметили Жукова и рванули за ним.
— Стоять! — раздался возглас.
Но Игнат лишь усмехнулся. У Сазонова и Самойленко хорошо получалось договариваться с блатными — за долю от поборов с рынка. А вот бегали они плохо. И очень скоро, повернув назад, побежали к машине.
Игнат мог уйти через виноградники к реке, но он тоже развернулся на сто восемьдесят градусов. Вернулся в проулок, с отчаянностью одержимого пронесся по нему и выскочил к дому, во дворе которого искал что-то в траве Талый.
Заметил Игнат и «уазик», машина сворачивала к виноградникам, вряд ли оттуда его могли видеть.
Жуков мог зайти во двор через калитку, но он, не сбавляя скорости, перемахнул через забор. Как будто через коня перескочил.
Талый шарился в траве, куда, видимо, скинул свой нож. Заметив Игната, он схватился за валявшуюся на траве доску, но ударить не успел. Игнат с разгона врезал ему ногой в пах, сбил на землю. И, взяв руку на прием, затащил его за дом. В доме опасно: окна маленькие, рамы цельные, без створок. Придется в случае опасности стекло выбивать или раму из проема выносить, иначе не вылезти, не убежать. А «уазик» мог вернуться в любой момент.
— Ну что, падаль, добегался!
