Прежде, чем приняла сознательное решение, моя хватка ослабла, и мужчина оттащил ребенка.
― Иди в свою комнату, ― он рявкнул на мальчика, не сводя с меня глаз.
Мальчик убежал.
Искушение прошло, разум очистился. Я закрыла лицо руками, меня душило отвращение. С ужасом осознала, что собиралась сделать. Кем я стала?
Дедерих схватил меня за руку и выдернул из воды. Я ахнула от боли, когда он ударил меня об стену.
― Я должен убить тебя просто за то, что ты об этом подумала!
Я склонила голову, не противясь его грубому обращению. В тот момент мне хотелось, чтобы он убил меня.
― Мне жаль. Господи, Дедерих… ― я остановилась и подняла взгляд на него, слезы щипали глаза. ― Я не могла остановиться. Если бы ты не пришел…
Он посмотрел на меня, затем вздохнул, опустив голову.
― Я знаю, ― проведя языком по губам, он отступил. ― Уилсон принес тебе бренди. Выпей. Это должно ослабить желание, пока ты не сможешь начать кормиться.
С отвращением скрестила руки на груди.
― Я не хочу кормиться.
Глаза стального цвета вновь обратили свой взор на меня.
― Ты предпочитаешь подождать, пока в безумии не нападешь еще на кого-то невинного?
Я с сожалением покачала головой, не желая смотреть ему в глаза. Он издал раздраженный звук, когда наклонился и схватил полотенце с пола.
― Одевайся. Мы уезжаем.
Мне оставалось лишь кивнуть. Я смотрела, как он отвернулся. Что-то не давало покоя.
― Дедерих?
Он остановился, но не повернулся ко мне лицом.
― Что?
Я сглотнула и сосредоточилась на его спине.
― Кто этот маленький мальчик?
Дедерих обернулся, его глаза потемнели, полные ярости и горечи.
― Алрик, ― его губы сжались в тонкую линию. ― Он мой сын.
Долгое время я не могла пошевелиться. Даже после того, как он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Сын. Теперь я понимала, как мне повезло остаться в живых.
Меня охватило замешательство, но оно быстро прошло. По какой-то причине я подумала, что сказанные Сайрусом слова после убийства Мэри означали, что у Дедериха не было детей.
Очевидно, все было не так. Вспомнив маленького мальчика, я увидела сходство. Было немного неправильно сравнивать милого ребенка и жесткого мужчину. Глаза были самым красноречивым доказательством. У Алрика были глаза, как и у отца, в которых отсутствовала лишь стальная кромка, не имеющая отношения к цвету глаз.
Я налила стакан бренди, оставленный на маленьком подносе на столе у кровати. Осушив бокал, но не ощутив вкуса напитка, я снова наполнила его и села на край кровати. Я осознавала, что устроила несколько минут назад. Если бы Дедерих уже не ненавидел меня за необоснованные обвинения, он начал бы сейчас. И я не могла его в этом винить.
Дверь открылась и вошла высокая женщина с выразительными чертами лица и черными волосами с легкой проседью. Она остановилась в нескольких футах от входа в комнату, ожидая разрешения. Я встала и шагнула вперед. Мои глаза сузились.
― Ты, должно быть, Лидия, ― ее тон оказался резким. Неприязнь была взаимной.
― Да, а кто ты? ― я чувствовала себя своенравным ребенком, стоя со скрещенными на груди руками. У меня не было времени решить, как быть в такой ситуации, поэтому я не изменила враждебного отношения.
Она посмотрела на меня сверху вниз, разглаживая руками бледно-персиковую юбку.
― Дедерих хотел, чтобы вы собрали вещи и встретились с ним внизу. Вы здесь не останетесь.
Скрипнув зубами, я кивнула. Поняв, что мне больше нечего сказать, женщина развернулась и ушла. Борясь с желанием показать ей язык через закрытую дверь, я оделась и схватила сумку. Никогда бы не призналась в этом вслух, но саму себя не обманешь. Моя неприязнь к женщине была больше связана с внешним сходством с мальчиком, чем с высокомерным отношением. Она могла бы быть его матерью. И я ревновала.
Раздраженная своими же чувствами, я похоронила их вместе с остальными мыслями, о которых не хотела думать. Могилу с эмоциями становилось все сложнее игнорировать, и это мне не нравилось. Но я решила и дальше подавлять любые эмоции и чувства, которые только смогу. Если эти чувства были частью моего старого «я» до потери памяти, я была бы счастлива их оставить там.
Я шла по коридору, медленно спускалась по лестнице, не желая вновь видеть Дедериха после случившегося. Плач, который я услышала, когда спустилась по лестнице, остановил меня. Я смотрела, как Дедерих шагнул через открытую дверь. Алрик цеплялся за него.
Присев на корточки, Дедерих что-то сказал мальчику на незнакомом мне языке.
Алрик покачал головой, отказываясь отступать. Черноволосая женщина вышла из другой части дома и направилась прямо к ним. Взяв мальчика на руки, она оттащила его от отца. Дедерих выглядел разочарованным.
― Просто уйди, Дедерих. Я разберусь с ним.
Женщина выглядела раздраженной, потому что мальчик боролся с ней, а Дедерих не двигался с места.
― Отец! Пожалуйста, не уходи! ― маленький мальчик всхлипнул.
Я не была уверена, что происходит, но его залитое слезами лицо разбивало мне сердце.
Дедерих сделал шаг вперед.
― Алрик, я должен. Я…
Женщина развернулась так, чтобы мальчик не мог увидеть отца.
― Да, ты должен. А теперь иди, пока не сделал еще хуже.
