— Осторожнее! — наверное, в этот момент яйца Руди сжались в тугой комок.
— Попробуем ещё раз. Итак, кто такая Виолет? — сталь вплотную упёрлась в мужское достоинство студента.
— Отпусти меня! — богатенький ублюдок инстинктивно постарался отодвинуться, но верёвки на ногах не позволили ему этого сделать. — Я понятия не имею, о чём ты говоришь!
— Разве не ты прокатил девчонку из своей школы, а потом лишил её невинности?
— Виолет… — Руди озарило воспоминание. Он действительно однажды «подвёз» ученицу, с которой у него возникли некоторые проблемы. К счастью, тогда отец всё уладил.
— Мне очень жаль, что так вышло, — пробормотал он.
— Мне тоже, — произнёс Рэй.
— Но ведь ты не сделаешь мне ничего плохого? — в глазах Руди появилась мольба.
— В отличие от тебя, я не обманщик, поэтому не могу обещать тебе благополучного исхода. Сначала у меня возникла идея отрезать тебе член, но я не стану этого делать по той простой причине, что так ты слишком быстро умрёшь от потери крови, а это не в моих интересах.
— Не надо! — страх Монморенси перерос в ужас, а ужас — в отчаяние. — У моего отца достаточно денег, чтобы заплатить тебе. Он отдаст любую сумму, лишь бы…
— Довольно! — оборвал его Рэй. — К сожалению, ты так и не понял, что в этом мире не всё измеряется деньгами. Иногда за ошибки необходимо платить собственной шкурой.
— Нет! Пожалуйста, нет!
— Ты боишься?
Руди Монморенси судорожно закивал. На его глазах показались слёзы. Чокнутый парень с ножом и твёрдым намерением оскопить жертву в одночасье превратил счастливую и беззаботную жизнь студента в настоящий ад.
— Между прочим, Виолет тоже было страшно, — проговорил в самое ухо богатенькому ублюдку Рэй.
— Я не хотел… — всхлипнул тот, как пятилетний мальчуган, у которого отобрали игрушку. — Честное слово, я не хотел…
— Как думаешь, мне кто-нибудь поверит, если я сейчас отрежу тебе ухо, а потом скажу, что тоже не хотел этого? — подросток прикоснулся холодным металлом к щеке собеседника.
— Прошу тебя, не надо! — завизжал Руди.
— А как насчёт лишних конечностей? — Рэй силой разжал согнувшиеся в кулак пальцы на руке Монморенси и сделал вид, что хочет отсечь ему мизинец.
— Нет! — закричал во всё горло студент, извиваясь, словно выброшенная на берег рыба.
— Даже не знаю, откуда начать, — подросток осмотрел растянувшееся на кровати беспомощное тело. — Сверху или снизу?
Руди тяжело задышал, как будто только что преодолел длительную дистанцию. Должно быть, пульс у него подскочил до двухсот ударов в минуту.
— Может, воспользоваться считалкой? — предложил Рэй, принявшись декламировать какой-то глупый детский стишок, который никак не вязался с происходящим.
— Ты же это не всерьёз? — не желал расставаться с последней надеждой Монморенси. — Ты хотел меня проучить, и у тебя получилось. Обещаю, что больше никогда не причиню вреда ни одной девушке. Ни одной, клянусь!
— К сожалению, Виолет твоё раскаяние уже не поможет. Ты навсегда изуродовал её жизнь. Как бы она ни старалась, ей никогда не забыть той поездки, и виной тому только ты, грязный ублюдок! — подросток полоснул студента по ступне, и сквозь носок проступила тёмная полоса крови.
— Помогите! — комнату огласил громкий вопль.
— Благодаря тому, что ты заказал отличную звукоизоляционную отделку, никто из соседей не узнает о нашей маленькой вечеринке.
— Господи, как больно!
— Мы только приступили к развлечениям, — нож вонзился во вторую ногу, ввергнув Руди в бездну нестерпимых страданий.
Мучения продолжались, пока пленник не отключился от внешнего мира. Благословенная темнота накрыла его сознание, избавив от необходимости находиться в комнате, превратившейся в камеру пыток.
Через некоторое время Монморенси очнулся снова. Рэй услужливо поднёс к его губам стакан воды. «Наверняка там находится яд», — подсказал внутренний голос, но чувство жажды взяло верх над рассудительностью, и Руди сделал несколько жадных глотков, пролив живительную влагу на подбородок. Несмотря на то, что вода была набрана из городского водопровода, она показалась ему самой вкусной, какую ему только доводилось пробовать в своей жизни.
Подросток принёс из аптечки бинты и лейкопластырь, принявшись накладывать повязки на все нанесённые раны.
— Теперь ты меня отпустишь? — слабым голосом спросил Руди.
— Нет, я всего лишь дам тебе небольшую передышку, — ответил Рэй.
— Мне нужен врач.
— Не врач, а священник, чтобы благословить твою дерьмовую душонку перед тем, как она отправится прямиком в пекло.
Рэя беспокоил тот факт, что последним, с кем видели Руди, был именно он. Если полиция начнёт расследование по поводу пропажи студента, то бармен наверняка вспомнит, что в тот вечер рядом с ним сидел какой-то подросток, с которым Монморенси и ушёл. Трудно сказать, успел ли кто-нибудь запомнить внешность незнакомого парня, но теперь у него не было полной уверенности в том, что никто не выйдет на его след.
Несколько раз в квартире Руди звонил телефон, но Рэй не поднимал трубку. Скоро богатенького ублюдка начнут искать, поэтому необходимо покончить с ним раньше, чем сюда сунутся люди в форме.
