- Пока, вроде бы, нет, но краска, хоть и легко смываемая, все же наносит определенный ущерб предметам старины. Покрытые лаком иконы и всевозможные статуютки - еще куда ни шло. Но с живописью, рисунками, графикой, предметами ткачества приходится потом здорово повозиться.
- М-м-м... А на чем же все-таки он специализируется, на антиквариате или произведениях искусства? - Как-то неудобно было центр тяжести разговора переносить на себя, но я чувствовал, что от Джаича подобного вопроса не дождешься. Впрочем, допускаю, что в данном случае это практического значения и не имело.
- Не думаю, чтобы в его коллекцию входили какие-нибудь замечательные полотна или что-то в этом роде. Так что, скорее, это все же антиквариат. Хотя определенную цену он, конечно, имеет. И отнюдь не малую. Впрочем, я - не искусствовед. По образованию я - юрист.
- Это хорошо, - подал голос Джаич, - это то, что нам вполне может пригодиться.
Забыл упомянуть, что на протяжении всего путешествия Джаич не вынимал изо рта жевательной резинки, без устали вонзаясь в нее зубами и время от времени пуская пузыри, которые лопались с громким звуком. Думаю, к его челюстям можно было с успехом подключить генератор энергии и снабжать, к примеру, питанием всю аппаратуру нашего берлинского представительства.
- Надеюсь, что до этого не дойдет, - осторожно проговорил Горбанюк. - Задачка-то несложная: застукать на месте и уличить хулигана. К тому же я - юрисконсульт, специализируюсь на международном деловом праве, а не на уголовном.
- Ну вот, уже заплакал, - вызывающе бросил Джаич.
Мысленно я ему зааплодировал. Ради решения несложной задачки нас бы вряд ли сюда прислали.
Видимо, Горбанюка смутило столь откровенное хамство.
- Все же кое-какие советы я дать могу, - с чувством собственного достоинства проговорил он. - Как уже упоминалось, официальным заказчиком является Сосланд, Евгения, мать хозяина лавки. Рекомендую взять у нее .. вы записывайте, требовательно произнес он.
- Крайский, это по твоей части, - повернулся ко мне Джаич. Как-то незаметно ему удалось перехватить инициативу в разговоре.
Я вынул из кармана ручку и записную книжку и приготовился фиксировать каждое слово. Пью Джефферсон сделал то же самое.
- Рекомендую заручиться официально заверенной у нотариуса доверенностью на право действовать от имени заказчицы и в ее интересах по данному делу, - словно робот принялся извергать Горбанюк. - Рекомендую обратить внимание на следующие положения:
- слежка за каким-либо физическим лицом является вторжением в личную жизнь данного физического лица и карается по закону>
- наведение справок о каком-либо физическом лице равно как и сбор информации о нем является вторжением в личную жизнь данного физического лица и карается по закону>
- подслушивание телефонных разговоров какого-либо физического лица является вторжением в личную жизнь данного физического лица и карается по закону>
- фотографирование без согласия...>
- перлюстрации...
Затем последовали вещи, очевидно, относящиеся к более серьезным статьям германского уголовного права: шантаж, угроза насилием, насилие...
- А находиться на одном гектаре с подозреваемым физическим лицом тоже вторжение в его драгоценную личную жизнь? поинтересовался Джаич. - И чем это карается? Электрическим стулом?
- Напрасно иронизируете, - отозвался Горбанюк. - Все это действительно может иметь самые серьезные последствия. Хотя Германия - не Америка. Смертной казни здесь нет.
- Я уже испытываю громадное облегчение, - съязвил Джаич. А кто составит текст доверенности?
- О'кэй, мы составим. Сразу на русском и немецком языках.
- Когда?
- Может быть, завтра.
- Не "может быть", а именно завтра это и надлежит сделать.
По-моему, последними словами Джаич перегнул палку. Все же Горбанюк играл с нами в одной команде. Все же, по-видимому, он был неплохим парнем. Угостил нас кока-колой, хотели мы этого или нет. И, наконец, не он был повинен в массовом исходе спортсменов из страны.
- Осмелюсь напомнить, - вновь заговорил, поджав губы, Горбанюк, - что передо мной и моими коллегами поставлены несколько иные задачи. Каждый должен заниматься своим делом. Вы - ловить хулигана, которому почему-то возомнилось, что он художник-абстракционист. Мы - заключать новые контракты для нашей фирмы и следить за выполнением старых.
- Разумеется, - неожиданно легко согласился Джаич. - Но это ведь не исключает возможности сотрудничества. Или вы отказываетесь сотрудничать?
- Я этого не говорил, - запротестовал Горбанюк. - Я готов сотрудничать, но при условии соблюдения субординации и правил хорошего тона.
- Само собой, - кивнул Джаич. - Как вас по батюшке?
- Игорь Артемьевич.
- Уважаемый Игорь Артемьевич, голубчик... - Как вам нравится этот хамелеон? - Мы испытываем настоятельную потребность в том, чтобы все наши просьбы прорабатывались вашим ведомством как можно более оперативно. Это не прихоть, этого требует специфика нашей работы.
- Конечно, я понимаю, - с энтузиазмом закивал в ответ Горбанюк. - Я ведь сказал, что текст доверенности вы сможете получить уже завтра.
