– Эй, кто там? – выкрикнула я слабым, дрожащим голосом. И, разозлившись на себя за трусость, вышла в коридор.
Там стоял толстяк негр в рабочей одежде и каске. В одной руке он держал фонарь, другая лежала на кобуре.
– Кто вы такая, черт побери, и что вам здесь нужно? – заорал он.
– Мое имя Варшавски, я сыщик, пришла по поводу девушки, которую вы тут нашли.
– Полиция уже приезжала несколько часов назад. – Он снял руку с кобуры, но не спускал с меня глаз.
– Я только что из морга, мы там были вместе с лейтенантом Мэллори и сержантом Мак-Гоннигалом. Они забыли вас кое о чем спросить. И потом, раз уж я здесь, хотелось бы увидеть, где именно вы ее нашли.
Хорошо, что он потребовал у меня удостоверение, похоже, я совсем сбила его с толку всеми этими именами.
– Туда без каски нельзя, – сказал он.
– Так вот же она. – И я взяла со стола одну из касок.
Он смерил меня долгим взглядом и наконец решился.
– Пошли, только быстро, – проворчал он. – Зря время у людей отнимаете, не можете нормально работать. Ну как туда идти в этих ваших туфлях? Тоже мне полиция.
Держа в руке каску, я нерешительно последовала за ним в темноту.
Леон Гаррисон, мой провожатый, – мне, кстати, с трудом удалось вытянуть из него его имя, пока я ковыляла за ним в полной темноте, – служил здесь ночным охранником и, кроме того, был главой бригады охранников, работавших на комплексе Рапелек, от фирмы «Локстеп», которая специализировалась на охране строительных объектов. А раздражение его по отношению ко мне объяснялось отчасти уязвленной профессиональной гордостью. И не удивительно. Какая-то девчонка проникла незамеченной на охраняемый им объект, чтобы здесь умереть, а теперь еще и я. Когда же он узнал, что я тут пыталась кого-то найти и даже кричала пару раз, настроение его окончательно испортилось.
Он повез меня вниз на подъемнике, который ходил по внешней стороне здания, двигая рычаги с угрюмой старательностью. Когда мы вышли, он зажег фонарь и пошел впереди; я старалась держаться от него на расстоянии шага, чтобы вовремя заметить валявшиеся здесь доски, куски цемента, обрывки проволоки и не споткнуться. Я не могла отделаться от ощущения, что разочаровала его.
Вдруг он резко остановился у глубокого отверстия квадратной формы.
– Вы хоть чуть-чуть разбираетесь в строительном деле? – резко спросил он.
– Нет, – ответила я.
Это, похоже, несколько улучшило его настроение. Он принялся объяснять, что лифты обычно ставят в последнюю очередь, уже после того, как готовы шахты и установлен мотор, на самом верху здания. Внизу для кабины лифта прорывают достаточно глубокую шахту на тот случай, если вдруг порвется кабель, ну, или еще что-то произойдет. В этом самом здании, продолжал он, четыре комплекта лифтов, по восемь кабин в каждом.
Ведя меня к шахте, где была обнаружена Сериз, Гаррисон по дороге заглядывал во все остальные, желая, видимо, убедиться, что там никого нет. Дойдя до злополучной шахты, он зажег фонарь и показал мне платформу, которая держала кран на высоте двадцатого этажа, как раз в месте для лифта. Стоя между глубокой шахтой и качающейся высоко наверху платформой, я почувствовала головокружение и легкую тошноту. Отступила назад и краем глаза успела заметить усмешку на лице Гаррисона.
– А как получилось, что вы вообще сюда заглянули? – спросила я еще и для того, чтобы он не заметил моего состояния.
– На прошлой неделе у нас тут вспыхнул пожар, и все из-за этих молодцов, швыряют в ямы всякий мусор, а потом кто-то бросил окурок – и пошло гореть. Вот я и решил проверить, что тут и как.
Я попросила его еще раз осветить шахту. Как глубоко… По стенам колодца набиты скобы, видимо, для того, чтобы спускаться и выбираться обратно наверх, но влезть по ним нелегко. Нет, Сериз не могла спуститься сюда самостоятельно. Да и для чего? Чтобы именно здесь, без помех, уколоться?
– А как часто вы их осматриваете?
– Обычно один раз за ночь. А ее нашел сразу в начале смены. С тех пор, как случился пожар, я первым делом заглядываю в шахты.
– И что… вы увидели ее и сразу позвонили в полицию, 911?
Он почесал в затылке.
– Вообще-то… сначала я вызвал Огаста Крея. Он у нас отвечает за эту площадку в ночное время. Он сразу пришел, посмотрел и велел мне звонить в полицию. А сам позвонил подрядчикам.
– Вуншу и Грассо?
– Спросите лучше у него. На этом проекте целая куча подрядчиков, и именно им велено сообщать в первую очередь, если происходит ЧП. Ну а труп на участке – это уж точно ЧП.
