– Я звонила Фери, – внезапно вспомнила я. – Его не было на месте, ночной дежурный обещал ему передать, куда я иду. Он просил держать его в курсе, если я узнаю что-нибудь о тетушке. Не знаете, передали ему? Может быть, и Бобби поэтому там оказался?
– Здесь я задаю вопросы! – рявкнул Монтгомери. – А зачем ты звонила в участок?
– Остынь немного, лейтенант, и послушай, что тебе говорят. Я только что объяснила, зачем позвонила в участок. Фери получил мое сообщение или нет?
Финчли вмешался прежде, чем Монтгомери снова успел заорать:
– Фери не сразу получил ваше сообщение. Он оставил свой биппер в кармане куртки, а сам пошел играть в покер. Только когда вернулся к себе за сигаретами, услышал сигналы и позвонил в управление. А потом сразу же умчался по тому адресу, который вы указали. Хотя к этому времени кто-то уже успел позвонить в полицию и сообщить о пожаре. Кстати, лейтенант Мэллори устроил разгон ночному дежурному за то, что тот не сообщил кому-нибудь еще о вашем звонке. Но ведь вы не сказали, что звонок срочный.
– Ага, а потом Фери и Бобби атаковали клинику. Ясно… А почему теперь здесь вы?
– Мисс Варшавски, – ледяным тоном произнес Монтгомери, – детектив Финчли находится здесь Для того, чтобы помочь расследованию. Почему послали именно его, вас не касается.
Я хотела было разразиться бурной речью по поводу того, что полиция должна служить гражданам, к коим я отношу и себя, следовательно, Монтгомери и мне должен служить… Но я чувствовала себя слишком усталой для того, чтобы бороться. Меня все еще трясло. Я поплотнее завернулась в одеяло, но продолжала дрожать. И пока Монтгомери задавал мне свои вопросы, я вновь прошла через все случившееся.
– Ну и кому же это было нужно – оставить вас двоих там, в горящем здании, на верную смерть? – спросил Монтгомери.
– Вы же у нас главный по поджогам и взрывам, лейтенант. Вот вы и разберитесь. Я же могу только сказать, что мне здорово повезло: сижу здесь с вами, что-то еще соображаю и даже могу вести эту увлекательную беседу.
Финчли хотел было что-то сказать, но потом передумал, лишь энергично черканул что-то в блокноте. В полумраке комнаты его коротко остриженные черные волосы почти сливались с темной кожей лица.
Монтгомери нахмурился и произнес:
– Гостиница «Берега прерий» находится как раз через дорогу от того места, вокруг которого вы так суетились на прошлой неделе?
– Вы удивительно проницательны, – сказала я со слабой улыбкой. – И что же из этого следует?
– Сдается мне, что вы сами и подожгли этот дом, чтобы привлечь внимание нашего отдела к расследованию пожара в «Копьях Индианы».
Все закружилось и поплыло перед моими глазами. Я случайно бросила взгляд на Финчли – у него буквально челюсть отвалилась.
– А я и не знал, что мы рассматриваем такой вариант, Монти, – тихо проговорил он.
– А я никогда не подозревала, что у вас такое богатое воображение, – обрела я наконец дар речи. – Начитались, наверное, Тома Клэнси [27]
в выходные.
Едва заметная усмешка пробежала по губам Финчли.
– Монти, какие у нас основания подозревать мисс Варшавски?
Монтгомери не обратил на него внимания.
– На прошлой неделе вы уже пытались отнять у нас время. Заявили, что там, на пожаре, погиб ребенок, когда никакого ребенка там и не было. Знаете, это характерная черта всех поджигателей – они не выносят, если на них не обращают внимания.
– Необыкновенно мудро, – хмыкнула я. – Прежде чем беспокоить меня, вы бы лучше пошли и поработали над этим делом. Установили бы тип зажигательной смеси и кто имеет к ней доступ. А заодно объяснили бы мне, как это я ударила себя по голове, затем, уже без сознания, подожгла гостиницу, а потом едва выбралась оттуда.
– Очень просто, – сказал Монтгомери, – у вас был сообщник.
Я откинулась на кушетку и закрыла глаза.
– Всего доброго, лейтенант. Дверь закрывается автоматически.
Он начал орать, но я не открыла глаз. Тогда он подошел ко мне и начал трясти за плечи с такой силой, что моя бедная голова всерьез загудела.
– Еще одно движение, – холодно сказала я, – и вас завтра же выставят за злоупотребление служебным положением и зверское обращение с гражданами. Убирайтесь ко всем чертям из моей квартиры и не вздумайте прийти, пока не запасетесь ордером на арест.
Я уверена, если бы не Финчли, Монтгомери покалечил бы меня. Не так уж он туп, как кажется, и потому сообразил, на чьей стороне детектив Финчли.
– Имей в виду, Варшавски, я глаз не спущу с твоей задницы. Я прилипну к тебе, как твои собственные трусики. Если что-нибудь затеешь, поймаю с поличным.
– Спасибо, что предупредил, лейтенант. Всегда полезно знать, кто твои враги, когда выходишь на улицу.
Дверь за ними захлопнулась. Я снова заперлась на все замки и проверила заднюю дверь. От усталости я не могла ни о чем думать, не могла даже позвонить Бобби и нажаловаться. Доковыляла до постели и свалилась в тяжелом беспокойном сне.
