– Говорю вам один раз и больше не повторяю, я делаю заявление, ни на какие вопросы отвечать не буду, довольствуйтесь тем, что вам сейчас дадут. Это ясно? – я вопросительно осмотрела толпу, в ответ, они молча кивнули головами. – Сегодня, патрульные, находясь на дежурстве, обнаружили в парке Риверсайд тела двух девушек. Причину смерти установит коренер, личности девушек пока не установлены, идет следствие.
После моих слов толпа журналистов обрушила на меня лавину вопросов. Но мне было плевать, краем глаза я заметила, как неподалеку ограждение пересек Гейб и направлялся к машине, за ним шел Брайн.
Поэтому, не долго думая, я решила покинуть надоедливых репортеров и оставить их орущую толпу в одиночестве.
Дойдя до машины я увидела прислонившегося к капоту Гейба и Брайна, стоявшего напротив него. Они пили кофе.
– Где вы раздобыли этот горячительные напиток?
– Нам принесли патрульные, они здесь надолго, так что ребята разбили небольшую кухню с кофе и закусками. Мы взяли и тебе, Гейб протянул мне стакан с кофе, так как на нём была пластиковая крышечка, он ещё был горячим. И это как лекарство подействовало на меня, потому что промозглый ветер давал о себе знать и я, порядком замерзла.
– Что скажешь Гейб? По поводу трупов?
– Так, своеобразно, он выразил свое согласие пойти на твою сделку. А чтобы ты не забывала, на что ты хочешь подписаться, оставил тебе тело Мартины Рознер, без лица. Наверное, придется снарядить армию, чтобы оправить тебя к нему.
– Он дал нам только имена, так не пойдет! Мне нужно знать, где останки тел? Если они, конечно, вообще существуют. Кости, где-то должны ведь остаться?
– У второй девушки никаких записок не было, но он изменил стиль убийства. Почему?
– Да, он перестал сотворять картины! Это уже третий труп, который он оставляет нам целиком.
– Брайн, давай для начала навестим кампус где жили девочки, потом оповестим родителей, а затем заедем в магазин парфюмерии по элитным шампуням. Да, денек обещает быть жарким.
– Ладно ребята, мне тоже пора ехать, утром меня пациенты, а мне ещё надо собраться. – Гейб подошел, чмокнул меня в губы. – Береги себя детектив, и набери мне как будешь свободна, я буду переживать за тебя.
– Я детектив полиции, не нужно переживать. Я позвоню обязательно как только появится свободная минутка. А теперь извините, мне надо позвонить майору, доложить обстановку.
Я отошла на несколько шагов, сделав звонок. Затем, я села к Брайну в машину, Гейб сел в свою, и мы разъехались каждый по своим делам.
Глава 10
У Мишель и Мартины была типичная комната для кампуса. Они были не только однокурсницы, но и как оказалось жили в одной комнате, в своё время они попросили куратора их переселить вместе когда так плотно стали дружить, и кампус пошел им на встречу. Стены были обклеены яркими обоями, повсюду висели плакаты разных музыкальных групп. На кроватях лежали мягкие игрушки, повсюду валялась одежда.
– Брайн, давай заберем всю электронику, пускай наш отдел проверит её. Может Маркус переписывается с ними, прежде чем похищает?
– Хорошо, я пойду тогда соберу все что найду и если обнаружу телефоны, то тоже прихвачу.
– Я пока проверю книжки, учебники, может удастся найти записные книжки или личный дневник.
Я выдвинула ящик письменного стола, но там были только рабочие тетради, на полках, что висели над столом стояли, только учебники.
Брайн стал осматривать шкафы с одеждой.
– Кроме вещей и обуви, здесь тоже ничего нет, – крикнул он мне, роясь в шкафу. – Они не были модницами, одежда довольна скромная, не дорогая. Судя по табелю, которым нам предоставил директор, они учились хорошо, проблем с учебой не возникало.
– Закругляйся Брайн, здесь нет ничего для нас интересного. Сегодня Гейб пришлет все личные дела, девушек. Доступ к ним будем иметь только мы. Дальше моего кабинета информация не должна выйти. Мы и так нарушим закон о разглашении личных данных. Но родители сейчас вряд ли, что смогут внятно рассказать об их изнасиловании .
– Без проблем. Поехали, навестим родителей девочек, давай, чтобы было быстрее, я подброшу тебя до дома, возьмешь свою машину и разделимся.
– Я не против! Умная мысль. Иначе, отчеты нам никогда не написать майору Броуди, а он с нас шкуру спустит, если до вечера, мы их не положим ему на стол.
Мчась по шоссе к дому Мишель Файфер, я заранее настроилась выдержать все то, что посыплется в мой адрес от убитых горем родителей. Полиция всегда виновата в совершенном преступлении и жертвах, так всегда думаю люди, в дом которых приходит эта трагедия. Им нужно найти виновного, нужны те, на которых они могут положить вину, чтобы потом легче было оправдать себя за какие- то свои проступки. Дорога была не близкая, и у меня было время подумать попытаться докопаться до сути, таких жестоких поступков Маркуса.
