Что может быть общего в смерти девятилетней девочки, ставшей случайной жертвой при разборках байкерских банд на улицах Монреаля, и останками подростка, погибшего много лет назад в Северной Каролине? Но время и расстояние вовсе не повод исключить вероятность связи между, казалось бы, несвязанными событиями. Во всяком случае, для такого знатока своего дела, как Темперанс Бреннан, которой за годы работы судебным антропологом приходилось повидать всякое. Романы Кэти Райх о Темперанс Бреннан стали классикой детективного жанра, и славу их закрепил всемирно известный телесериал «Кости», также ставший классикой жанра, но уже не в литературе — в кино.
Каролине Бич Вапч, с любовью.
Все герои и события этой книги целиком и полностью являются плодом воображения автора. Действие разворачивается в канадском городе Монреале, в Северной Каролине и других местах. В романе упомянут ряд реально существующих городов и учреждений, но еще раз хотелось бы подчеркнуть, что все изображенные персонажи и события вымышлены.
Ее звали Эмили-Энн. Девятилетняя девочка с черными кудряшками, длинными ресницами и кожей цвета карамели. В ушах крошечные золотые сережки в виде колечек. Во лбу два отверстия от пуль, выпущенных из девяти миллиметровой полуавтоматической «кобры».
Была суббота, но я работала по настоятельной просьбе шефа, Пьера Ламанша. Вот уже четыре часа я корпела в лаборатории, исследуя сильно поврежденные человеческие останки. Вдруг дверь распахнулась, и в просторное помещение для вскрытия стремительно вошел сержант-детектив Люк Клодель.
Мы с Клоделем как-то раз работали вместе. И хотя отношения между нами сложились вполне нормальные, даже можно сказать, наметилось нечто вроде взаимного уважения, со стороны все выглядит совсем иначе.
– Где Ламанш? – требовательно спросил Клодель, бросив быстрый взгляд на разложенные передо мной останки и затем столь же поспешно отвернувшись.
Я промолчала. Самый лучший способ общения с Клоделем, когда он в подобном настроении, – не обращать на него внимания.
– Доктор Ламанш здесь? – Детектив упорно отводил глаза от моих покрытых слизью перчаток.
– Сегодня суббота, месье Клодель. У него выхо…
В эту минуту в дверном проеме показалась голова Мишеля Шарбонно. Издалека доносилось жужжание и клацанье электрической двери.
– Le cadavre est arrive,[1] – доложил Шарбонно напарнику. Чей труп доставили? И вообще, что привело в морг двух детективов из отдела убийств в субботний полдень?
Шарбонно, крупный мужчина с короткими волосами, похожими на колючки ежа, обратился ко мне на английском:
– Привет, док.
– Что случилось? – спросила я, стаскивая перчатки и опуская маску.
Лицо Клоделя посуровело, глаза угрюмо блеснули в ярком свете ламп. Детектив ответил:
– Доктор Ламанш будет здесь с минуты на минуту. Он все объяснит.
Его лоб уже покрылся капельками пота, рот сжался в тонкую линию. Клодель ненавидит все, что связано со вскрытием трупов, и старается держаться от морга как можно дальше. Не сказав больше ни слова, он распахнул дверь и выскочил наружу, Шарбонно проследил за ним взглядом, затем повернулся ко мне:
– Клоделю сейчас нелегко. У него ведь тоже есть дети.
– Дети? – Внутри у меня все похолодело.
– Сегодня утром «Дикари» снова нанесли удар. Когда-нибудь слышали о Ричарде Маркотте?
Имя показалось мне смутно знакомым.
– Возможно, вы знаете его как Araignee – Паука. – Он сплел пальцы в замок, костяшки побелели от напряжения. – Выдающийся малый. Выборное лицо в байкерской гангстерской банде. Он у «Гадюк» начальником безопасности числился, но сегодня у Паука выдался поистине неудачный день. Утром, около восьми часов, когда Маркотт отправился в спортзал, «Дикари» изрешетили его из проезжающего автомобиля, в то время как подружка успела нырнуть в кусты сирени.
Шарбонно взъерошил волосы, нервно сглотнул. Я молча ждала.
– В перестрелке погиб ребенок.
– О Боже! – Мои пальцы судорожно сжали латекс перчаток.
– Маленькая девочка. Ее отвезли в Монреальскую детскую больницу, но она умерла. Сейчас тело привезли сюда. Маркотт скончался по дороге в больницу, так и не приходя в сознание.
– Ламанш выехал? Шарбонно кивнул.
В нашей лаборатории пять сотрудников по очереди отвечают на срочные вызовы. Необходимость внеурочного вскрытия или же присутствия патологоанатома на месте смерти возникает редко, но в подобных случаях специалиста всегда можно найти. Сегодня была очередь Ламанша.
Ребенок. Во мне все перевернулось, захотелось выбраться отсюда.
Часы показывали двенадцать сорок. Я резко стянула прорезиненный фартук, скомкала его в кучу вместе с маской и латексными перчатками и бросила все в контейнер для мусора. Вымыв тщательно руки, на лифте поднялась на двенадцатый этаж.
Не знаю, как долго я сидела в своем кабинете, бездумно устремив взгляд на реку Святого Лаврентия и позабыв на время о стоящем передо мной йогурте. Мне показалось, я слышала, как открывается дверь в кабинет Ламанша, потом до меня донеслось шуршание стеклянных перегородок, разделяющих секции нашего крыла.
