-Ох, мы горим?
Марина с разбегу навалилась на старую дверь, пытаясь выломать. Дверь не поддалась.
-А вы кто? - спросила соседка, разглядывая вошедшего следом странного высоченного мужчину в кожаном камзоле, рейтузах и сапогах. У него была густая, но ухоженная борода и странные серые глаза, из которых исходил леденящий душу могильный холод.
-Боже помоги, - взмолилась Марина вслух, наваливаясь с силой во второй раз. Дверь не шелохнулась.
- Дайте мне, - произнес мужчина.
-Да что происходит? – повторила вопрос соседка.
Марина отступила, принявшись кусать ногти. Мужчина пару раз навалился, с откосов посыпались пыль и штукатурка, от рамы побежали трещинки, дверь начала поддаваться.
Он навалился в третий раз, с силой дернув на себя, замок, перекосившись, врезался глубоко в косяк, и дверь поддалась. С четвертого рывка он распахнул ее.
Марина кинулась в квартиру, в детскую, на секунду-другую обомлев, с ее губ сорвался громкий выдох. Может быть она ошиблась квартирой. В квартире не было детских вещей, в квартире не было ребенка!
Она метнулась в коридор, заглянула в зал, на кухню, затем снова в коридор, чувствуя, как дурнота подкатывает к горлу, а в глазах стремительно темнеет.
-Этого не может быть, - прошептала она, обернувшись к перепуганной и настороженной соседке, к странному мужчине. В ее глазах стало темно, и она соскользнула в обморок.
ХХХ
-Ма… Мариночка, тебе лучше?
Резкий запах нашатырного спирта ударил в ноздри Марины, заставив поморщится и вынырнуть из темноты. Она лежала на диване, рядом сидела соседка и водила перед носом смоченным тампоном.
-Вы милицию вызвали? – спросила она, пытаясь встать, но голова сильно кружилась.
-Полицию?
-Юльку украли. Вы что, ослепли, - игнорируя головокружение, Марина шатаясь, подошла к стенке и взяла в трясущиеся руки сотовый.
-Да бог с тобою. Нет у тебя никого, – обернулась Галина Анатольевна. – Никогда не было.
На секунду Марина замерла, события пятнадцатиминутной давности пронеслись с ужасающей ясностью перед глазами. Она открыла рот, чтобы возразить, но перед глазами встал коридор. Целое зеркало с висящей саблей и шашкой. Если она начнет рассказывать о нападающих ангелах и падениях с шестого этажа ее примут за сумасшедшую. Но как же быть с Юлькой? Как можно за пятнадцать минут изменить целую комнату.
Она косо взглянула на соседку. Голова закружилась с новой силой, девушка
почувствовала непреодолимую потребность избавиться от содержимого желудка. В несколько прыжков добравшись до туалета, она выползла из него, чувствуя, как сходит с ума.
- Ну, я пойду, - поспешила сообщить соседка, чувствуя, что у Марины точно не в порядке с головой. – Уже поздно, завтра на работу. А вы оставайтесь.
Из коридора, она услышала, как соседка обращается к мужчине:
-У нее два года назад муж умер, - доверительно сообщила она чужому человеку. – И выкидыш был, кажется, за год до этого. Вот, малость не в себе.
Она быстренько ретировалась из квартиры, и было слышно, как тщательно
проворачиваются в соседской двери все замки и засовы с цепочкой. Выйдя вслед за нею в коридор, Марина обнаружила стоящую у стены саблю. Она взяла ее в руки, вернулась в квартиру, убедилась, что на стене висит еще одна ее копия. Все происходящее казалось немыслимым, нереальным, и в то же время Марина готова была поклясться, что не сошла с ума.
- Кто вы такой? И что здесь творится? – игнорируя тошноту, спросила она воинственно мужчину, который вышел из детской с задумчивым видом. Меч в руке, он держал оголенным.
– Вы знаете, где моя дочь?
Незнакомец внимательно взирал на нее. Выглядел он странно, недружелюбно, одет тоже, но самое главное, он вообще находился в квартире.
-Он вернется?
- Сколько вам лет? – спросил мужчина, не двигаясь. Его голос был глубок, басист и спокоен.
- Двадцать шесть. А вам?
Он нахмурился и не ответил, но убрал оружие. Затем он вскинул правую руку и провел в воздухе, выразительно кивнув. Марина посмотрела на зеркало, трещины вернулись на место, на полу лежала ее шашка, сабля на стене исчезла, а в детской появились Юлькины вещи.
Марина почувствовала, как бледнеет, не веря глазам, забыв, что ей нехорошо.
- Это магия?
-Это иллюзия, – пояснил незнакомец, хмурясь еще больше. Он снова взмахнул рукой, и иллюзия вернулась. Отчего Марине стало зябко и не по себе. И обидно.
- Где моя дочь? – ее голос задрожал, срываясь на истеричные ноты, слезы подступили к глазам. – Вы знаете, кто это был? Он вернется?
- Не говорите никому о произошедшем, - приказал мужчина, направившись к выходу.
– Иллюзия привязана к эмоциональному носителю. Пока вы тут, иллюзия будет сохраняться. И вы ничего не докажете.
- Бред!? Есть же куча документов.
- Запритесь и ждите моего возращения.
Марина подняла руку с саблей, преграждая ему путь. Ее голос прозвучал решительно, но слезы давили ее изнутри. В голове засела мысль, что отпускать незнакомца нельзя.
- Прошу вас, ответьте на мои вопросы. Кто вы? – упрямо выговорила она.
Стоило тому сделать шаг, как острие жестко надсадило мужчине горло, заставив остановиться.
– Я не отступлюсь.
