- Никак нет, ваше высокоблагородие! - полицейский вытянулся и стал поедать заместителя министра глазами.
- Так что здесь случилось?
- Стефан, здесь случился, господин, - подал голос один из охранников, - Дочку этого крестьянина снасильничал.
- Опять?! - возмутился барон, - Ты же мне лично обещал, что он прекратит!
- Недоглядели, господин. Всего на чуть-чуть расслабились, а он ее уже на конюшню и уволок.
- Ясно. Развяжите крестьянина. И позовите крестьянку. Я заплачу ее мужу за насилие. А Стефана выгони вон! Это была последняя, кого он изнасиловал на моей службе!
- Тут такое дело, господин, - охранник замялся.
- Что такое?
- Девица она. Не было у нее мужа. Нетронутая.
Следующие слова, произнесенные бароном, я не понял. Все же мой уровень знания языка хоть и был высок, до некоторых тонкостей не дотягивал. Хотя понять общий смысл было можно.
Помните, я рассказывал, что лишение девушки девственности, по сути, равно свадьбе на ней? Только вот забыл рассказать почему так, отговорившись древней традицией. Собственно, оно так и есть, только традиция та религиозная.
В Империи Райн поклонялись Отцу Земному Манну. Только Манн - бог, и Целостный является голосом его. Ну и все такое. Хороший, кстати, бог. То, что о нем рассказал Ганс, мне все понравилось. Разве что конкурентов не терпит, но это дело обычное. Их никто и среди людей не любит, и не терпит, а уж среди богов… У-у-у! Настоящие войны порой идут!
Что-то я отвлекся. Так вот Манн, став единым богом для целой части мира, установил некоторые несложные правила того, как именно надо его почитать. Среди них было и жертвоприношение. Вот только совершалось оно только девственными девушками. Уже догадались, да? Именно. Невинные девицы в день своей свадьбы, или любой другой день по своему выбору, подходили к жертвенному камню, на котором был установлен фаллос Манна, и садились на него. То есть, бог вроде как собственно… кхм собственночленно посвящал девушку в жены. Ну а если какой-нибудь мужик хотел присвоить себе то, что принадлежало Манну, он объявлялся мужем девушки автоматически, по факту своего свершения, и даже смерть не могла избавить его от этого, ибо в таком случае пострадавшая признавалась его вдовой. Кстати, все это работало и в том случае, если мужик был женат. Его просто признавали двоеженцем и казнили. В общем, простые и понятные правила, нарушать которые никто не будет. Ни барон, ни король, ни император не заинтересованы в конфликте с церковью по столь незначительной причине, ведь с девушками, уже посвятившими себя Манну, можно было делать почти что угодно! Главное - не посягать на то, что принадлежит богу.
Так что чувства барона были вполне понятны. Его человек покусился на святое. И плевать бы на него - возьмет девицу в жены и будет с ней жить, только вот был еще один закон. На этот раз установленный не богом, а церковью, но тем не менее, все равно неукоснительно соблюдавшийся.
А дело было в военной службе, и в том, что не каждый мужик, оказавшийся в армии, имел желание служить. Во времена, когда у дворян были наемные и собственные дружины, это, естественно, было неактуально, но несколько столетий назад все государства осознали всю прелесть регулярной армии. А осознав, стали набирать себе солдат совсем не на добровольной основе. Ну, просто потому, что добровольцы мерли как мухи от голода, болезней и вражеской стали в организме. То есть, желающих не хватало, и в армию брали всех подряд, кто под руку попадется.
И тогда нежелающие служить, быстро нашли лазейку в виде изнасилования невинной девицы. Хоп! И ты уже муж! Год тебя трогать нельзя. Ну и все такое. И короли, и церковь схватились за голову, и так на свет появился закон, о котором я вам и рассказываю. Отныне, если находящийся на службе совершал акт насилия над невинной девицей, он был обязан заплатить штраф, причем не только в церковь, но и самой девице, и ее родне. А кроме него, такой штраф должны были заплатить все, только вдумайтесь в это! Все его командиры! Начиная от капрала, и заканчивая генералом. Причем, каждый вышестоящий платил больше предыдущего. То есть солдат, решивший таким образом дезертировать из армии, моментально оказывался либо в могиле - по причине многочисленных переломов и ушибов, либо в долговой кабале, а девушку признавали вдовой. Впрочем, все армии быстро навели в своих рядах дисциплину, и изнасилования девственниц стали редкостью.
А вот барону теперь надо было платить. Платить Лизе, как пострадавшей от... гкхм, рук его человека. Платить Гансу, как отцу пострадавшей. Но больше всего он должен был платить церкви. А кроме барона, платить были должны начальник его охраны, сам Стефан и этот полицейский хмырь, что бил меня по лицу. Такие вот дела. Единственной надеждой всех было то, что мы вроде как преступники.
- Составляйте протокол, - велел немного успокоившийся барон, - Я оплачу штрафы за всех.