Стая птиц-разведчиков провожала его к Девятому сецессионному порталу Тропика Инклинации. В последний раз оглянувшись на дирижаблевого левиафавра Йолеуса, Уаген увидел, как исполинское создание растворяется в зеленовато-синей вышине над тенью облачного комплекса, продолжая странствие за своей возлюбленной Мюэтениве. Уаген размышлял, удастся ли им поймать вертикальный поток воздуха, зреющий где-то за туманным горизонтом, в глубинах аэросферы, чтобы вознестись на нем вверх, в многообразное великолепие гигалитиновой линзы Бютюльне.
Он ощутил какую-то сладостную грусть при мысли, что не примет участия в гонке и не увидит красот Бютюльне, и тут же слегка устыдился смутной надежды на отказ джувуонийских торговцев принять его на борт, что позволило бы ему вернуться на Йолеус.
Два левиафавра исчезли в легчайших сквозистых тенях над облаками. Уаген повернулся вперед по курсу. Жужжали пропеллеры на щиколотках, плащ трепетал, подстраиваясь к смене вектора полета, но не теряя натяжения. Шелест крыльев птиц-разведчиков звучал прерывисто, в каком-то синкопированном ритме, что, как ни странно, успокаивало Уагена. Он поглядел на 46 Жуна, пристегнутого к шее и спине вожака стаи разведчиков, но существо вроде бы дремало.
Девятый сецессионный портал Тропика Инклинации не отличался особыми удобствами. Он представлял собой участок метров десять в поперечнике, там, где слои материала, удерживающего содержимое аэросферы, сходились и стягивались воронкой, образуя своего рода открытое окно в космос. Зону портала окружало скопление полых мегафруктов, в изобилии росших на левиафаврах, – в одном таком до недавних пор жил и сам Уаген. Птицы-разведчики устроились прикорнуть и отдохнуть на небольшой площадке, а Уаген сел и погрузился в ожидание. Здесь нашлись также запасы еды и воды, а больше ничего.
Чтобы чем-то себя занять, он глядел на звезды – порталы были единственными прозрачными участками поверхности аэросферы, остальные ткани всего лишь пропускали свет – и сочинял поэглиф, надеясь выразить в нем весь ужас, испытанный накануне в чреве умирающего левиафавра Сансемина.
Занятие оказалось не из легких. Он то и дело бросал стилус – проклятый стилус, из-за которого Уаген и торчит здесь в ожидании чужацкого корабля, а тот может и вовсе не прилететь, – и размышлял о том, что именно произошло с Сансемином, как там очутился агент Культуры (если, конечно, это действительно агент Культуры), существует ли заговор на самом деле и как поступить, если все это окажется дурацкой шуткой, розыгрышем, галлюцинацией или порождением безумного рассудка измученного, умирающего создания.
Он два раза вздремнул, накропал шесть вариантов поэглифа и (ориентировочно предположив, что вероятность его собственного безумия несколько выше шанса соответствия недавних событий объективной реальности) погрузился в размышления о сравнительных преимуществах самоубийства, ухода на Хранение, присоединения к како-му-нибудь групповому разуму или просьбы вернуться на Йолеус для продолжения исследований – после соответствующей физиологической переделки и с удлинением жизненного срока, о которых он и прежде задумывался, – когда на дальнем конце портала возник джувуонийский корабль, странная конструкция из труб и перекладин.
Джувуонийские торговцы выглядели совсем не так, как представлялось Уагену. Он почему-то воображал их коренастыми и грубыми волосатыми гуманоидами в шкурах и мехах, а в действительности они напоминали пучки больших красных перьев. Один такой пучок, окруженный прозрачным пузырем атмосферы, вплыл в портал по воздушному туннелю, который, как рукав, соединялся с чужацким кораблем. Уаген встретил джувуонийца на площадке у полого мегафрукта. 46 Жун, пристроившись на парапете, разглядывал чужака, словно оценивая его пригодность для строительства гнезда.
– Это вы существо из Культуры? – спросил чужак в пузыре, поравнявшись с ним. Он говорил на марейне с вполне разборчивым акцентом, но голос звучал очень тихо.
– Да. Как вы поживаете?
– Вы уплатите за проезд сумму, равную стоимости нашего корабля?
– Да.
– Это очень хороший корабль.
– Это очевидно.
– Мы хотели бы получить такой же.
– И получите.
Чужак испустил серию щелкающих звуков, обращаясь к Переводчику. 46 Жун что-то прощелкал в ответ.
– Куда вы летите? – спросил чужак.
– Мне нужно отправить сообщение в Культуру. Доставьте меня туда, откуда это можно сделать, а затем отвезите в ближайшее место, где я смогу пересесть на корабль Культуры.
Уагену пришло на ум, что у торговцев может быть оборудование, позволяющие переслать сигнал с корабля, что позволит избежать путешествия. Хотя он и не рассчитывал на подобное везение, но тем не менее ждал ответа со смешанным ощущением надежды и тревоги.
Существо в пузыре отозвалось:
– Мы готовы доставить вас к бейдитийцам, на Критолетли, где имеется возможность осуществить обе ваши просьбы.
– Сколько времени это займет?
– Семьдесят семь стандартных дней Культуры.
– А ближе ничего нет?
– Нет, ничего нет.
– А можно отправить сообщение по дороге?
– Да, можно.
– Как скоро мы войдем в зону, где можно установить связь?
