Три моста ведут из мира в мир. Три моста и три дороги.
~СМОТРЯЩАЯ ЗА МОСТАМИ~
Три моста ведут из мира в мир.
Три моста и три дороги.
Там, где одних только городских мостов - триста сорок два, не считая маленьких мостиков через озёра, пруды и прудики, ручейки, не считая служебных мостов на промышленных территориях, - там есть, где разгуляться! Если только хватит сил, если только достанет духа...
Не у всех хватает, не всем полезно, не всякого позовут. Но это дело Господина Случая. И Её Величества Судьбы. Кто мы такие, чтобы с ними спорить.
Город-перекрёсток, Город-сумрак, Город-дверь. Приезжайте к нам на белые ночи, останетесь довольны.
Мой приятель Сфинкс помешан на древнем Египте. Сидим на парапете, болтаем ногами над свинцово-серой Фонтанкой, и он рассказывает. О тайном, утраченном Знании. О могуществе Ведающих. О назначении гробниц и о фараонах, потомках Великого Змея. С огнём в глазах говорит, и голос подрагивает. 'Вот же жизнь была,- говорит и вздыхает угрюмо.
Сфинкса послушать, так настоящая жизнь осталась в прошлом, а сейчас всё не то, всё не так, всё измельчало, и жизнь не в жизнь и служба не в радость.
- Хочешь уйти?- любопытствую.
- С ума ещё не сошёл!- огрызается он и тему Египта сворачивает.
Это у нас дежурная пикировка такая. Ей-богу, не знаю, что я буду делать, если он вдруг ответит: 'Хочу!' Ведь где-то там, среди бесчисленных троп навьей сумеречной дали, есть и такая, что бежит прямо в песчаный рай к вожделённым пирамидам. Наверняка есть. Я не проверяла. Не моё это дело, проверять.
Моё дело - выводить на Дорогу.
Плывут над ночным Городом летние белые сумерки. За домами - жемчужное зарево; солнце совсем близко, ещё часа два, и снова прыгнет в небо ослепительный диск. Приезжие бродят по улицам непугаными стадами. Местные, те догадываются или подспудно чувствуют, местного просто так за руку не возьмёшь, разве что влюблённую парочку, которой всё по колено. Однако разлучать влюблённых... знаете, я - тролль, но всё же не зверь.
- Привет честной компании!
Бард. Вечный мальчик в драных джинсах и клетчатой рубашке на голое тело. Когда-то давно я вывела его из подземки, где он играл на гитаре для равнодушных прохожих. Переход над тоннелями, по которым мчатся лязгающие железные поезда - это ведь тоже мост, хотя и не той совсем силы. С тех пор Бард бродил по улицам Города, удивляясь каждому дню, как последнему, с неизменной своей гитарой и банкой пива в руке. Я ещё не видала его пьяным в зюзю, когда человек сам не знает, что творит и о чём языком мелет. Но и трезвым назвать не поворачивался язык.
А банка у него бездонная. Пиво в ней не заканчивается никогда. Где Бард достал её, сам не помнит и удивляется. Охотно верю. Такие свой собственный вчерашний день вспомнить не в состоянии, где уж там о местах с артефактами древней силы чётко думать. Я, конечно, догадывалась примерно, где. Но помалкивала. С Барда станется сунуться туда ещё раз. И с концами... Приходящих повторно подобные Места не жалуют.
- Опоздал,- попенял Барду Сфинкс с высоты своей колокольни, Сфинкс у нас каланча ещё та, пожарная, - два метра с двумя кепками.
- Опоздал,- не стал извиняться вольный певец.
- Да ладно,- махнула я рукой.- Спасибо, что вообще пришёл. Сыграй чего-нибудь для настроения, а?
- Я-то сыграю,- сказал Бард, кладя руки в чёрных татушках на гранитный парапет.- А ты мне вот что скажи, Лиз. Все ли здешние дороги ты знаешь?
Меня кольнуло интересом. Вопрос с подвохом - от Барда?! Кто бы мог подумать.
- Все,- уверенно ответила я, принимая игру. - А тебе на что?
- А вот,- он достал из-за пазухи маленький тощий чёрный комочек.- Оно потерялось.
Из черноты злобно зыркнуло ведьминской зеленью и тут же раздался яростный шип. Так шипят ядовитые змеи прежде, чем укусить.
- С ума сошёл?- осведомился Сфинкс, ловко выхватывая из Бардовой руки волшебную банку.- Оно ж кошка! Животное!
- Дороги открыты Идущим,- строго выговорила я стандартную формулу и кивнула на гранитный парапет.- Поставь. Мне нужно прикоснуться.
Котёнок моего энтузиазма не разделял. Выгнул спину, вздыбил шерсть, из-за чего стал ровно в три раза больше, и яростно шипел, показывая клыки. Не нравлюсь я кошкам. Понимаю, можно сказать, сочувствую. А куда деваться?
- Отдай,- свирепо потребовал пиво назад Бард.
- Отгадай загадку,- любезно предложил Сфинкс.
- Иди ты в пень со своими загадками! Отдай по совести!
- Что такое совесть, Бард?
Сфинкс в своём репертуаре. Отрабатывает прозвище. Никогда не понимала этого его развлечения, ведь, как он мне однажды признался, налакавшись беленькой до изумления, ему не нужны ответы. А что нужно? Он не понимал и сам.
Наверное, и правда всё в мире измельчало, в том числе и мы, сумеречные проводники незримого.
Мне удалось наконец-то коснуться зверёныша. Он сжался под моей ладонью, будто на спинку ему обрушилась тонна кирпича. Дурачок. Я не ем живых, этим занимаются совсем другие сущности.
- Пошли, что ли...
Три дороги от моста ведут из мира в мир.
Какая откликнется на сокровенное твоей души, по той и пойдёшь. А куда придёшь и придёшь ли вообще, дело уже не моё.
Моё дело - выводить на Мост.
