— Значит, смотри: остатки армии укрылись в Кремле. Можешь забрать его себе. Полагаю, там и оружия, и боеприпасов тебе хватит.
— Но там же армия… Как я…
— Тогда не еби мне мозги, Кочетков, и делай что приказано. Позвонишь, когда Белозёров будет у тебя. Как понял?
— У меня трубка садится.
— К ней стандартная зарядка от любого телефона подходит. Конец связи.
— Сука! — взревел Кочетков. — Пидорас еба́ный!
Он размахнулся телефоном, намереваясь швырнуть его в стену, но вовремя совладал с собой и аккуратно положил на стойку.
— Пидорас, — прошипел мертвяк, продолжавший ползать по полу. — Сосни хуйца. Ур-р-р, — зачем-то прорычал он и снова добавил: — Пидорас еба́ный…
Из-за стычки Марго с Квадратом друзьям пришлось отложить все планы на несколько дней. На этот раз ей очень сильно досталось. Девушка пролежала пластом трое суток и при этом ничего не ела. Держалась исключительно на одной воде.
Игорь злился. А так как кроме Квадрата сорваться ему было больше не на ком, здоровяку доставалось по первое число. В первое время он ещё пытался оправдаться, но затем понял, что это ещё сильнее раздражает Кочеткова, и воспринимал нагоняй молча. Спрятаться в квартире тоже не получалось, и ему оставалось лишь стоически сносить порицания и ждать, пока Игорь наконец остынет.
В остальном в их жизни ничего больше не происходило, что нельзя было сказать о городе. С каждым днём мертвецов на улицах становилось всё больше. Люди, понимая, что уже давно упустили шанс на выживание, начали вышагивать из окон. Были и те, кто пробовал прорваться. Но всё, чего им удавалось добиться, — так это пополнить молчаливую армию зомби. И это в лучшем случае. Чаще всего их разбирали на части ещё до того, как они успевали обратиться.
В небо поднимались огромные чёрные столбы дыма. В отсутствие пожарных оставшийся без контроля огонь пожирал целые дома. Скорее всего, виной тому были люди. Может, возгорание происходило случайно, в попытке приготовить пищу, но Игорь подозревал, что поджоги были намеренными. Он внимательно наблюдал за умирающим мегаполисом и делал выводы.
Кто-то, такой же, как его компания, совершенно свободно разгуливал по улицам и творил все эти бесчинства. Если бы кто-нибудь спросил Кочеткова, откуда такая уверенность, вряд ли он смог бы внятно ответить. То же самое было, когда он впервые заметил управляемую толпу. Он не знал о существовании Долбоёба, но ощущал его присутствие. И дело даже не во внутреннем чутье, об этом говорили факты, такие, как поведение мертвяков. Вот и сейчас, рассматривая очередной вспыхнувший на окраине города пожар, Кочетков был уверен, что это дело рук человека.
— Как ты? — впрочем, совсем безучастно спросил Игорь у подруги, когда вернулся в квартиру с балкона.
— Хуёво, — выдохнула она, лёжа на диване с закрытыми глазами. — Жрать хочу, а не получается. Весь ебальник болит.
— И стоило оно того? — Кочетков всё же не удержался и упрекнул девушку.
— В тот момент это казалось мне хорошей идеей, — слабо, едва заметно улыбнулась она. — Ты бы видел его рожу.
— Ты бы видела свою, — ухмыльнулся Игорь. — Долбоёб, и тот выглядит краше.
— Он у меня вообще зайка, — отшутилась Марго. — Кстати, а где он?
— В магазин пошёл, — вместо Игоря ответил Квадрат. — Он в последнее время сильно поумнел.
— А тебя, гондона, никто не спрашивал, — огрызнулась Марго.
— Не, ну вот чё она опять провоцирует, а⁈ — тут же возмутился здоровяк.
— Ой, ебать! Обидели мышку, написали в норку, — снова подковырнула его Марго.
— Да иди ты на хуй, — отмахнулся он и вышел в другую комнату.
— Тебе оно надо? — Кочетков плюхнулся в кресло. — Он ведь тебя когда-нибудь точно убьёт.
— Заебётся, — буркнула девушка. — Я ему эту хуйню ещё припомню. Я же девочка, меня ебать надо…
— Да, да, я это уже слышал, — оборвал коронную фразу Кочетков. — Но он мне нужен, как и ты.
— Может, хоть сейчас объяснишь, почему? Нет, насчёт Квадрата я всё понимаю. Как торпеда — он идеальный вариант, ни разу твой приказ не оспорил. Но что такого во мне? Зачем ты держишь меня рядом с самого первого дня? Ты ведь должен меня ненавидеть за всё то, что я с тобой вытворяла.
— Не знаю, — тяжело вздохнув, ответил Кочетков. — Порой я и сам задаюсь этим вопросом.
— Пиздабол, — буркнула Марго и закрыла глаза. — У нас вода есть?
— Пить хочешь?
— Помыться. Вы же ещё те долбоёбы. Никто ни разу не догадался мне прокладку сменить. У меня такая кровавая корка на жопе, аж пиздец! И это я молчу, что ссалась под себя. От меня воняет хуже, чем от бомжа. Ненавижу вас обоих! Лучше бы я сдохла…
Марго замолчала. Игорь некоторое время смотрел на неё и не понимал, шутит она или говорит всерьёз. Нет, он слышал в её голосе некую горечь, вот только не мог понять, с чем это связано. По его мнению, всё шло хорошо, за исключением отставания от жизни. Этот момент сильно раздражал Кочеткова, потому как нарушал все планы. Но почему грустит Марго? Неужели из-за такой мелочи, как обоссанный диван?
